И вдруг на полуслове виртуальная кошка осеклась.
Движение на всех десяти экранах оборвалось разом, будто кто-то со всей дури дернул стоп-кран в мчащемся на полном ходу локомотиве. Бегущие колонки цифр замерли. Хвост за спиной проекции застыл напряженной черной палкой, а сама Милана медленно повернулась к операторским ложементам.
— Госпожа Ирина!.. — тихо позвала ИИ, глядя на голубоглазую воительницу расширившимися глазами. — А вы… вы разве еще не запускали первичные энергоблоки с пульта расконсервации? Мы же сейчас фактически сидим на одних резервных мощностях!
Ирина и сидевшая в соседнем кресле Эйрин синхронно моргнули. Обе близняшки с неподдельным удивлением уставились на голограмму, после чего переглянулись между собой. Никаких скрытых вкладок с большой красной кнопкой «Запуск главного реактора» на основном терминале не светилось — они проверили шины питания сразу после входа.
Увидев эту немую сцену на лицах двух специалистов Корпуса Инженеров, Милана судорожно, совсем по-человечески сглотнула. Ее проекция слегка мигнула, теряя четкость контуров: древние алгоритмы уже по косвенным признакам поняли, что прямо сейчас вылезет какая-то фатальная хрень.
— Так это… — Ирина вновь подалась к консоли, двумя пальцами развернула перед собой схему текущего энергопотребления и недоуменно нахмурила бровь. — Все активные контуры в зеленой зоне, разводка замкнута целиком. Я, честно говоря, думала, что это и есть твоя основная генерация. Слабоватая, конечно, для такого сарая, но мало ли по какому проекту вас тут в скалу закапывали…
— А как же четыре основных реактора⁈ — севшим, сразу потерявшим всю недавнюю звонкость голосом выдавила Милана.
Дрогнувшей рукой она выдернула из общей кучи схем объемный план нижних горизонтов и развернула его на весь стол. Четыре огромные круглые шахты, вынесенные за пределы главного зала верфи на полкилометра вглубь гранитного массива и соединенные со стапелями толстенными туннелями энергошин, сейчас горели на голограмме мертвым, непроглядным серым цветом. Ни телеметрии, ни сигналов обратной связи, ни даже фонового излучения. Просто четыре слепые дыры на схеме.
— Там ничего нет, солнышко, — негромко произнесла зеленоглазая кошка. — Вообще ничего, шаром покати. Я как раз через те боковые коридоры и смотровую галерею пробежалась наверху перед самым спуском, пока наш рогатый папаша строил своих балбесов у портала. Почуяла сквозняк из распахнутого грузового шлюза, дай, думаю, гляну одним глазком…
— К-как это — нет⁈ — заикаясь, выдохнула Милана.
Ее нижняя губа предательски задрожала, черные ушки беспомощно прижались к макушке, а огромные янтарные глаза за секунду наполнились самым настоящим, хоть и сотканным из фотонов влагой. Голос управляющей сорвался на тонкий, полный вселенского отчаяния всхлип: