Затем пришла пора своих собственных карманов. Но ничего кроме конфеты «Алёнка» и ключей, я больше не нашел. Что до первой находки — память старого владельца тела подсказала, что такие конфеты тому крайне нравились. Настолько, что одну он таскал с собой в кармане штанов.

Мыслей о том, где именно я нахожусь и как быть дальше пока, не было. Но спустя секунду, этот вопрос отступил на задний план. Ибо я почувствовал неестественное рядом. Совсем близко.

Неестественным я считал все техники, где используются души. От их пожирания до применения в любом ином формате. Когда-то это привело к Войне Богов и едва не уничтожило мир.

С тех пор все подобные исследования оказались под запретом. Что далеко не всегда останавливало, жаждущих силы людей. Или богов.

Сейчас же я чувствовал существо, которое часто в том или ином виде создавали адепты запрещённых методик.

Искажённый. Человек, душу которого «сшили» с плотью. Опасный безжалостный противник.

Они были несокрушимы для обычного оружия. Боевые плетения тоже наносили им очень слабый урон. Душа подпитывала своей силой тело, защищая его. И даже после того, как Искажённый всё же получал смертельное ранение, душа продолжала оставаться внутри. Тогда как враг продолжал сражаться.

Чтобы победить подобного противника, нужно было полностью уничтожить его тело. Либо являться одним из моих воинов.

Но сейчас, никого из моих верных слуг рядом не было. А сам я был слишком слаб, чтобы прикончить врага усилием мысли. Так что действовать требовалось иначе.

Я тут же вскочил, сжимая в руке нож, выискивая глазами противника. А он… стоял в пяти метрах от меня, склонив голову. Изучал меня безумными глазами и пускал слюну.

Его тело было изуродовано, словно он катился кубарем с горы. Спина изогнута дугой, челюсть отвисла, руки с открытыми переломами. Но несмотря на эти изменения, он держался так, словно никакой боли и не было.

Сделав несколько шагов вперед, он опять застыл.

— Ты не умер? — Искаженный поднял брови. — Почему?

— Что это за язык? — удивился я. — Почему я понимаю его?

В моей голове творился самый настоящий хаос. И дело было не только в непонятном говоре.

Анализ собственных ресурсов ясно показывал, что у меня недостаточно сил, чтобы уничтожить тело врага. Боевые плетения известные мне и эффективные против Искажённых, были недоступны. Я прекрасно понимал как их сформировать, понимал, что они должны сделать, но вот текущего уровня силы для их применения было недостаточно.

Что я могу ему сделать? Что у меня есть? Нож? Знания печатей? Маловато.

— Мальчик, а я помню твою боль! Я помню, как ты кричал! А-а-а! — он сделал ещё один шаг и начал растягивать слова. — Как ты крича-а-ал!