— Привет, Ростик. Русый на работе, не может пойти. Борзый с нами.

— Здарова, бро.

Мы поручкались и прошли на угол к булочной. Туда должны были подойти подруги Альки. Та вовсю сияла голыми коленками и плечами в сарафане, кокетливо принимая красноречивые взгляды парней. Та еще профурсетка. Сколько сеструха деда мужей поменяла? Что-то он как-то говорил.

— Аля, ребята!

Это Лена, я узнал по её школьным фото. В жизни ни капли не изменилась. Миниатюрная и миловидная блондинка. По её взгляду, что она будто мельком провела по парням, ощущается некий жизненный опыт. Жизнь в общаге имеет разные стороны. Девочка по ходу не терялась! И, похоже, знала что хочет.

— Валя где?

— Подойдет на пляж. Шнурки её запрягли.

Я чуть не заржал. И в этой эпохе существует собственный сленг! Потом задумался, как бы со своим впросак не попасть. Девушки шли впереди и о чем-то живо переговаривались. Армен был слишком занят созерцанием их ножек, оставался лишь Серега.

— Серый, а кто тогда на поле был? Ну, когда я того…

— А… Да мы с заводскими играли. Семен у них тот еще лось, зарядил прямо тебе в лоб. Но ты тоже хорош! Зачем встал так близко к трубе?

— Да не помню. Может, взять красиво хотел.

— Взял? — ехидно скосился на меня приятель.

— Но ведь гола не было.

— Это верно. Так что пострадал не зря. Мы выиграли. Жаль, что на финал тебе не попасть.

— С кем и когда играем?

— Когда непонятно, а с кем и так было ясно, — удивленно покосился в мою сторону Серега. — С Центровыми. У них же тренер настоящий футболист. Без тебя точно продуем. Ты у нас самый ловкий прыгун.

— Да не хорони наших заранее.

— Еще чего! Мы им покажем Кузькину мать!

— Нормалёк! — я стукнул по протянутой ладошке приятеля, и мы бросились догонять шустрых девчонок. Нет, что ни говори, но мне в той прошлой жизни остро не хватало друзей. Были приятели в школе, а друг один Паша. Да и то пути дорожки после школы разошлись. В институте как-то не складывалось. Народ там все больше или неконтактный или мажористый. И еще эта чертова Алина! При мысли о рыжухе сразу заныло внизу живота.

Нет, приятель, давай будем честны перед собой. Тебе там ничего не светило. Максимум дала бы из жалости. Что такое на меня тогда нашло? Весеннее гормональное обострение? Как бы ни было, но эта рыжая стерва виной тому, что я оказался хрен знает где. Но болтовня с новыми приятелями и наблюдением за старой родиной деда быстро отвлекли меня от ненужных измышлений. Похоже, что этот сумасшедший мир Советов начинается мне нравиться.

— Алька!

Валя в минималистском бикини порвала все мои шаблоны о Советском Союзе. Она со своей прической и карими глазами больше смахивала на француженку. Ох, только бы не показать свой мужской интерес. Блин, а я надел плавки?