— У Лехи сарай свободен. Батя на рыбалке, мама в деревне.

— Свет, что ли, провели?

— А как же? Там сейчас и гараж. Мотоцикл и лодка. И плитка у Лехи есть.

— Зашибись, хоть горячего пожрем.

Вперед выходит высокий парень. Я его знаю шапочно. Андрей, бессменный староста класса и капитан волейбольной команды школы. Основательный пацан.

— С местом решено. Что берем и сколько? И не забываем про хавыч. А то знаю я вас, нажретесь быстро.

Ушлый паренек в странной шапке выкрикнул:

— Я котлеты из дома прихватил.

— У меня пирожки.

— Считается, — Андрей протянул широкую, как лопату, кисть. — Скидываемся, господа юнкера.

Мы с Серегой, не сговариваясь, отдаем по красной бумажке. Десять рублей в это время деньги. Но гулять так гулять! Поднимаем свой авторитет среди братвы выше крыши. Народ загудел, прохожие оглядываются.

— Во кулачье! По червонцу проставились!

— За базаром следи, Митроха. Мы честно в колхозе заработали!

— Вместо тракторов поля пахали?

— Доярок эти жеребцы пропахивали. Смотри, какие морды довольные.

— Ага, вон хари откормленные. Может, им и закусь не давать?

Мы с Серым лыбимся и не отвечаем колкостями на дружеские подначивания. Парни в основном скидывают трешки, иногда мелькают синенькие пятерки. На круг вышло неплохо. Народ навеселе гогочет даже без хохм. Предвкушение праздника и есть праздник! Прикидываем, на что нам хватит. Откровенную бурду брать не будем. Плодово-выгодное пусть и не так по шарам бьет, зато похмелье легче.

Серега и Андрей, как самые большие и взрослые на фейс двигают в винно-водочный отдел. Мне и Митрохе поручают закупиться закуской. По пути у нас будет кулинария, добьем остаток денег там. Организмы вокруг молодые и крепкие, покушать любят. Потому мы сразу берем полдюжины буханок черного хлеба и два батона белого.

— Кильку возьмем! Сразу килограмм.

Я рассматриваю огромную жестяную банку и сомневаюсь. Целый рубль с мелочью за мелкую рыбешку. Но рыба в обычных консервах выходила на круг еще дороже.

— Будет её кто есть?

— Под картошечку за милое дело уйдет. У Лехи она там и хранится.

— Ну, если так, то берем.

— Еще к чаю надо что-то взять.

— Сушки пойдут?

— Лучше пряников. Два кило.

Никаких плавленых сырков или копченой скумбрии. Что еще по моему мнению шло в закусь в это время? Шпроты и ливерная колбаса?

Парни выходят с винно-водочного с увесистыми рюкзаками за плечами. В них позвякивает пойло. Мы дружной гурьбой устремляемся дальше, делая остановку лишь в «Кулинарии». Меня как держателя «кассы» толкают вперед с Андреем. Тот приятельски здоровается с продавщицами и о чем-то с ними перешептывается, затем поворачивается ко мне: