— Чего сказал?

Неужели подобные этому типу гопники еще остались в этом мире и что они делают в компании с Ромой?

— Харэ! Ром, чего тут твой боец нарывается?

При виде Михаила гопник стушевался. От него пахнуло чем-то кислым. Закинулся какой-нибудь гадостью?

— Все нормис, Миха. Леха, остыл! А ты, Никитос, в следующий раз не выделывайся! Защищать не будут.

Роман прожег меня взглядом, но я ощутил на плече тяжелую руку спортсмена и сдержался от необдуманной реакции. Я же не Никита и часто в прошлом совершал резкие движения. С молодости так повелось. Мы Новоквартальные пацанами были резкими, как понос. Частенько встревали в «мероприятия», особенно доставалось Заводским. Это сейчас задним умом я понимаю, с чего бы это нам так фартило. Родители живших в домах нового квартала чаще всего были людьми не простыми. Мой отец, Серегин или Армена. Потому нам шалости и сходили с рук.

Родители как рассуждали — вырастут, перебесятся. И отчасти оказались правы. Мы же не хулиганили беспредельно.

— Ты чего сегодня такой? Нарываешься?

Окрик Михаила п вернул меня обратно. Парень, ты не там, а тут!

— Да так…

— Будь осторожней. Лёха и его компания отмороженные. Солевые.

Понятно. Только вот зачем Роме наркоманы? Смотрю на Потапова и натягиваю на себя ветровку. Вечера уже прохладные.

— Мих, я тебе вопрос задам. Только ты не обижайся. Даешь слово?

— А чего?

Миша набычился. Так-то он пацан неплохой, но верченый, как и все москвичи. Столица на нравах людских плохо сказывается. Это еще в советские времена повелось. Не верите — читайте Булгакова.

— Ты зачем с Ромой тусишь? Он же подонок.

Я ожидал, что наш спортсмен дернется и даже был готов прыгнуть в сторону, а то и бежать. Но Михаил внезапно как будто стух, плечи опустились.

— А куда мне деваться? Родаки люди простые. Из активов трешка в советской развалюхе. Даже машина и то «Гранта», да дача развалюха от деда с бабкой досталась. Роме с дипломом родаки ключ от отеля вручат, да не где-нибудь, а в Сочи. Вот он и обещал всех своих туда пристроить.

Вот оно что! Романчик у нас пацан со сладким наследством. Потому и факультет «Туристический менеджмент». Вообще, такое впечатление, что этот институт для блатных и неумех создан. Кто сам поступить никуда не может и за кого родители платят. Так что вперемешку и блатные, и троечники. А то и в кредит люди учатся. Ради тупого диплома.

Ну а я что могу посоветовать Мише? Сам болтаюсь как дерьмо в проруби.

— Извини. Не знал.

— А что ты, вообще, знаешь, Никита? Сам не пойми, что. Разве что после аварии стал похож на человека.