Ну, с тобой все легко!

Натовские пулеметные патроны на таком расстоянии легко продырявили автомобильную жесть, достав гада. Еще перед этим голова подонка откинулась назад.

Это тебе не кино!

Обвел крестиком поле боя. Так, где третий?

Вот ты, маруда!

Тот прятался за капотом, иногда высовываясь и обстреливая меня. Больше никто активности не проявлял. Голова у радиоактивного подонка была не меньше ведра, поэтому ему приходилось показывать ее практически полностью.

Гаду снова повезло. Я вдавил гашетку на долю секунды позднее, прежде чем он скрылся за носом машины. Двигатель так легко не взять, как тонкую жесть.

Может, долбануть пару раз из пушки?

Нет, такой боезапас на урода тратить…

Поймал его только на четвертый раз. До этого выжидал, не открывал огонь, атомит осмелел, стал не одиночными долбить, а короткими очередями. Ну и погорел.

Да, пусть в камеру не так отчетливо было видно, но голова урода от попадания пули взорвалась. Я такого еще не видел, как если бы тот эргэдэшку заглотил, а потом чеку выдернул.

Так, осмотреться.

Нет, никто не спешил на выручку врагам.

Теперь круговой обзор!

Все тихо.

Хотя могли и в редком пролеске прятаться зараженные, но элита заглянула бы на огонек, это у нее как здравствуй сказать или добрый вечер.

Потянулся к рации.

— Техника врага уничтожена, живая сила ушла в минуса, можно выдвигаться.

— Ты под спеком, что ли⁈ — вклинился Дрон.

— Сейчас будем. — Голос Герды какой-то злой, дрожащий.

— Я на «Мародере» с боевым модулем, — предупредил, а то еще пальнут сдуру, или из «РПГ‐18» залепят.

— Разберемся, — раздраженно бросила командир.

Появились они минут через пятнадцать. Сначала выпрыгнул Дрон, за ним Малыш, и только потом показалась девушка, подняла забрало шлема, глаза злые, покрасневшие, левый чуть подергивался. Ожидал разноса. Но та первым делом осмотрела поле боя через плоский бинокль. Губы ее скривились в ухмылке. Затем обошла «Мародер» по кругу, заглянула внутрь. Постояла молча, кивнула сама себе, а затем принялась раздавать ценные указания.

— Люгер за руль, Дрон на место стрелка! Идете головняком, расстояние пятьдесят-сто метров.

— Это машина моя, — проговорил медленно, спокойно, но с нажимом.

— Твоя, твоя, никто не покушается! — согласилась командир. — Вот только для ее нормального функционирования как боевой единицы требуются двое. Есть возражения? Нет? Я так и думала! И почему сразу не сказал, что завладел хорошо вооруженным бронеавтомобилем?

— А когда? — пожал плечами.

— Ты дурака-то из себя не строй, — заявил Малыш.

Проигнорировал эту реплику, но мне все меньше и меньше нравился здоровяк. Слишком хитро-мудрый, с неким налетом подлости. Вон, к тому же Мухе, несмотря на изначальную антипатию, чем больше наблюдал за ним, тем испытывал больше приязни, а здесь с точностью до наоборот.