Тот снова протянул мне руку. Пожал.

— То-то я думаю, имя знакомое… Но, честно, не предполагал тебя здесь встретить, иначе бы еще позавчера с тобой связался. Я на отдых намедни катался, как раз ты в больнице на форпосте отдыхал. С ребятами погуляли, рассказывали и много хорошего говорили. В общем, слушай сюда. — Я прошел за ним в глубину складского помещения, за стеллажами и полками, забитыми всевозможными вещами, оказалась небольшая комната со столом, двумя офисными креслами и диваном в углу. — Присаживайся. Так вот. Обычно у меня цены следующие: беру стрелковку, патроны и снарягу. Понятно, что втихую и не у всех. Цены на продажу на тридцать процентов выше, чем в «Хлое», закупочные на столько же ниже. Но, — поднял вверх тот указательный палец, — для тебя все как у Каштана. Это не только мой друг, но и партнер. Ты сюда успел загреметь еще и штрафником?

Сжато пересказал случившееся в баре, напирая на беспредел со стороны подопечных Люли.

— Суки! Да и сам он, как всякий крестник этого урода Цемента, — дал оценку происходящему Мальб, учитывая, что он был в курсе подноготной первого «крестного», а также других деталей, насчет дружбы с рейдерами не соврал. — А Боровик — гнида!

— А ты, случайно, в Острог не собираешься в ближайшее время?

— Через неделю, три дня там и обратно.

— Каштану должны были моего Ярыгина передать, забери, пожалуйста. С ним в Улей попал, да и до этого многое прошли вместе. Ни разу не подводил. Когда отняли, как друга потерял…

— Не вопрос, Люгер, заберу! Может, по пять капель? За знакомство?

— Я не против, но давай вечерком? Я в команде Герды, а она девка жесткая, за дисциплину стоит, сегодня день еще тяжелый намечается.

Как в воду смотрел.

— Отлично! В девять тогда, если освободишься, в бар подваливай. Ну и позднее. С людьми тоже хорошими познакомлю.

— Договорились, — улыбнулся я, мы пожали друг другу руки. Что сказать? Мир тесен. Вот и начали работать рекомендации.

В девять двадцать состоялся общий сбор в штабе, где Герда объявила всем, что за вчерашний рейд каждый из новичков заработал по шестьсот рублей, которые и раздала. Большинство принялось рассчитываться за оружие и амуницию, а я выторговал себе два гранатомета, последним аргументом выступил Дрон.

— Мать, Люгер нормальный, тем более головняком пойдет. Я бы ему еще пулемет дал…

— Ладно, уболтали, чертяки языкастые, — согласилась та. — Груздь, выдай.

Затем почти час безделья, который раскрашивал каждый в меру своих увлечений. Я спустился вниз, к этому времени джип уже полностью освободили от вещей. Проверил топливо и масло. Произвел, так сказать, техуход. А потом тренировался, хватая автомат одной рукой с сиденья или выкатывался с гранатометом из дверцы. Шоферы и танкисты, а также Ангел с Малышом сначала смотрели как на дурака, но им быстро надоело, да и машины требовалось обслуживать.