- Стоп! - воплю. И уши заткнула бы, если бы могла. - Больше ни слова, понял? Мне то и дело подсовывают твои фото в обнимку с твоей же невестой, поэтому я об этом знать ничего не хочу! Я не желаю!
- Родители настаивают на свадьбе, Фим. Не я. Пока что…я не могу ничего сделать, но…ищу решение.
Грудь Артема тяжело вздымается, в глазах будто бы хмельной туман. Этот туман обволакивает, он заражает отравленным, пропитанным адреналином и желанием воздухом.
Но я не сдаюсь. Я понимаю, конечно же, я отдаю отчет, что мне безумно приятно, но все равно не сдаюсь, а сопротивляюсь.
- А пока ищешь это решения, ты между делом ужинаешь с ней.
- Мне приходится.
И все равно это очень больно.
- А…ещё что ты делаешь с ней? Точнее...тебе приходится?
Бесит все. Бесит и он и мои на него реакции.
- Ничего.
- Ага, ага, рассказывай.
Тут Артем подается ко мне и упирается лбом в мой лоб. Его горячий, мой мигом эту температуру перенимает и подстраивает.
Дыхание перехватывает. Итак запястья уже горят огнем, ещё и это. Глубокие невероятно яркие и проницательные глаза Волкова теперь в сантиметре от моих.
Его губы не намного дальше, господи, как с этим искушением справиться.
- Правда, ничего. Все, что я хочу, я хочу делать только с тобой, - произносит тихо, но получается настолько волнующе, что по позвоночнику отдает такими вибрациями, которые концентрируются сразу же ещё и в паху.
Вот как он умеет так?
- Отпусти, - тем не менее яростно шиплю.
Конечно же вру, нахально вру не только ему, самой себе.
Но вместо того, чтобы послушаться меня и отступить, Артем окончательно сближает наши лица и меня целует.
Губы накрывают мои, язык проходится по губам, которые тут же раскрываю навстречу ему. Он проникает в рот. Пьяняще, сладостно. Я снова задыхаюсь. Он…он там хозяйничает. Делает, буквально, что захочет. Двигается. Стремительно и напористо.
Наши дыхания смешиваются и этой субстанцией мы дышим словно оба. От его вкуса, что заполняет всю слизистую, я теряю голову.
Я сопротивляюсь. Но не активно. Скорее, даже наоборот, вцепляюсь в него. Стону. Отлавливаю в ответ его вибрации.
Я…задыхаюсь. Больше не могу. Это же просто преступление - уметь целоваться так, в который раз думаю. Едва не падаю.
Наконец, он отпускает, отступает.
- Отлично, - вытираю губы рукавом, едва только могу прийти в сознание. - А теперь выпусти меня!
Артем по-прежнему дышит тяжело и рвано. Его грудная клетка поднимается и опускается. В глазах…без шансов для меня сбежать. Я хорошо знаю этот его взгляд.
И…так и есть.
- Нет, - он мотает головой. - Ты делаешь слишком много глупостей.