Парни переглядываются и берутся за работу. Игорь скидывает с себя толстовку, оставаясь в одной борцовке.
Не скажу, что на улице жарко. Но и не сильно холодно, конечно…
Взгляд цепляется за его широкие плечи, массивные сильные руки. Обтянутый пресс.
Смотрю на него дольше положенного.
Для своего возраста он весьма в неплохой форме. И на лицо симпатичный. Только вот его наглость и грубость…
— Эй, ты в облаках витаешь? — в реальность возвращает голос Аллы.
Чёрт!
Резко отворачиваюсь.
И о чём я только думаю?
— Я просто задумалась, — пытаюсь выйти из ситуации.
— Мне кажется, между вами что-то есть.
— С кем? — с моих губ срывается истеричный смешок. — Он же мне в отцы годится!
— Мне кажется, что ему не так много лет, — хихикает подруга.
— В любом случае, обезьянообразные меня не привлекают, — морщусь с отвращением. — И вообще, — меня начинает накрывать от предположения подруги. — Как тебе такое в голову пришло? Ты же…
— Слишком хорошо тебя знаю, — продолжает потешаться надо мной. — И этот взгляд, которым ты только что на него смотрела — тоже.
— Даже говорить на эту тему не хочу, — отталкиваюсь от машины и иду к прицепу, где лежат доски.
Уж помочь спустить их на землю я точно в состоянии.
Беру одну доску, поворачиваюсь и опускаю её на землю.
Так же беру вторую, и в этот же момент раздаётся голос Игоря:
— Сказал же, без вас справимся… — разворачиваюсь и тут же чувствую толчок от доски. — Твою мать! — следом рычит Игорь.
Осторожно поворачиваю голову вбок и вижу, как Игорь чешет затылок.
Вот же… Это я его пришибла?
— Ты ходячая катастрофа! — рычит он, забирая у меня доску. — Уйди, пожалуйста! — бросает её на землю. — Себя не жалеешь — других пожалей!
— Я же не специально, — возмущённо смотрю на него.
— Да у тебя на подсознательном уровне заложено навредить мне, специально или нет, — берёт следующую доску и скидывает её на землю. — Ещё не дай бог твоим друзьям достанется.
— Да пошёл ты! — выплёвываю со злостью, возвращаясь к девчонкам. — Пойдёмте, прогуляемся?
— Пошли, — Наташа берёт меня под руку. — А он хорош.
— Она уже оценила, — смеётся Алла, хватая меня под другую руку.
— Хватит чушь говорить, — снова возмущаюсь.
— Ну вообще, — продолжает Наташа. — Нас оградили от работы, и кто именно?
— Согласна, — поддерживает Алла. — Настоящий мужской поступок.
— Никого не смущает, что он назвал меня ходячей катастрофой? — вырываю свои руки и с осуждением смотрю на девчонок. — Да он же женоненавистник!
— Не заметила ничего подобного, — смеётся Наташа. — Ладно тебе, пойдём.
Мы отходим недалеко. Просто прогуливаемся по улице, заходим в небольшой магазин и усаживаемся около него в потрёпанной временем беседке, уплетая купленное мороженое.