Понимаю, что в банде Габриэля произошло что-то нехорошее. Возможно, это из-за того, что случилось с Хулио. Тот был правой рукой Габриэля, и у него должны были быть сторонники. Те же Хосе и Педро. После гибели своего брата они, вполне понятно от чего, обозлились.

Интересно, почему Габриэль дал свершиться поединку? То, что он не может вмешиваться в поединок чести, — это одно. Но вдруг ему было выгодно решить таким образом какой-то вопрос? Предположим, Хулио стал представлять угрозу для Габриэля. Убрать его моими руками — неплохая идея. А если бы Хулио убил меня, то Габриэлю не пришлось бы выплачивать мне мою долю и премию. Хотя… может быть, это только моя паранойя…

Обочина старого шоссе в миле от въезда в трейлерный парк «Sunset Vista». Время: три сорок семь утра. Микроавтобус «Ford Econoline» стоял в тени высохших эвкалиптов, метрах в тридцати от шоссе. С дороги его не было видно — ветки нависали низко, закрывая тонированные стекла, а темно-синий кузов сливался с предрассветным сумраком.

Внутри пахло застарелым густым мужским потом, оружейной смазкой и холодным кофе из термоса, который сержант Миллер прихлебывал уже третий час. Сержант Говардс несет пост снаружи. Остальные двое бойцов — Кортес и Бейкер — сидели в полной тишине, лишь изредка переглядываясь. Каждый знал свое место и свою задачу. Говорить было не о чем. Все, что можно было обсудить, обсудили еще два часа назад.

Майор Джон Мартин сидел в водительском кресле, развернувшись боком, и смотрел в маленький ночной бинокль третьего поколения — зеленое свечение выхватывало из темноты очертания трейлеров, покосившийся забор, темные провалы окон. Парк спал. Только в одном трейлере, том, что стоял чуть особняком, с той стороны, где ветер шевелил сухую траву на пустыре, горел свет. Тусклый, желтый, пробивавшийся сквозь дешевые пластиковые жалюзи.

— Докладываю, — голос Мартина был тихим, но четким, когда он нажал тангенту рации. — Объект в парке. Трейлер номер, ориентировочно, семь-Б. Подтверждаю движение. За два часа наблюдения зафиксировано три выхода: двое патрульных обходят периметр, еще один сидит в пикапе у въезда. Смена через сорок минут. Всего в парке, по предварительной оценке, до десяти человек. Часть спит, часть на посту.

Рация зашипела, и через секунду раздался спокойный, чуть отстранённый голос Келли:

— Принято, майор. Подтверждаю план. На рассвете начинаете. Работаете тихо, без лишнего шума. Часовых снять по возможности бесшумно. Главная цель — русский. Живым. Остальные — по обстановке.

— Вас понял. Конец связи.