– Поможете всем моим новым родственникам устроить праздник в честь нашей с Евой свадьбы, – спокойно закончил Зейн.

Ведьмы возликовали, мужчины довольно заулыбались, и через мгновение моя родня предсказуемо начала обсуждать музыку, украшения и пироги.

– Так мы приступим к организации торжества прямо сейчас? – деловито поинтересовалась моя мама, уже знавшая, что ведьм с их энтузиазмом не остановить. – Вы не беспокойтесь, ваша помощь нам даже не потребуется.

Зейн кивнул, и моя родня тотчас засуетилась, распределяя дела.

– Странно это как-то, что они все сами хотят сделать, не привлекая нас, – заметил он.

– Это нам вежливо сказали, что от нас, влюбленных, толку сейчас не будет, все равно будем заняты только друг другом, – пояснила я. – Надеюсь, замок уцелеет после энтузиазма моей родни.

– Он – крепкий, не переживай.

Я только закатила глаза. Зейн просто не представляет, во что превращается кухня, когда на ней собирается больше трех ведьм разом, собираясь приготовить обычный семейный ужин, а тут… настоящий праздник. Это много вкусной еды, много танцев, много веселья и… магии. Много-много-много магии, потому что ведьм в этот момент переполняют положительные эмоции.

Я уже потянулась к Зейну за поцелуем, предлагая найти в замке какое-нибудь укромное место, чтобы пропасть друг в друге, как нас окружила малышня. И когда их успели переместить сюда взрослые? Как-то я упустила этот момент.

Маленькие ведьмочки и ведьмаки смотрели на нас с таким предвкушением, что я чуть не застонала. Чем бы их отвлечь-то…

Зейн тоже растерялся. Было видно, что с детьми он обращаться не умеет.

– У вас, что, правда, есть дракон? – поинтересовалась Ребекка, младшая дочка тети Розы, не сводя с нас глаз.

В ее голосе прозвучал такой восторг, что я выдохнула. Может быть, замок и выстоит.

– Угу. Вчера завелся. Меня в саду охраняет, – призналась я.

Надеюсь, вопроса от кого, не последует. Не хочу я им про монстров и завесу из тьмы рассказывать. Жутко все это!

– А бегающие розочки и феечки для чего? – спросила Эжена, самая непоседливая из моих племянниц, в волосах которой не держался ни один бант, а платья превращались в лохмотья за считанные часы.

– Для романтики, – вздохнула я, прикусив губу.

– Ой, как интересно! – выпалила эта забияка. – Тетя Женевьева и дядя Зейн, а можно мы пойдем, посмотрим? Можно?

Зейн, которого кто-то, похоже, впервые так запросто назвал дядей, моргнул.

– Можно, – кивнул он, приходя в себя, а моя мама и бабушка, стоящие в стороне и что-то обсуждавшие, как-то понимающе переглянулись.

Сдается, о темных магах они знают куда больше, чем рассказывают. И уже проницательно увидели, что за внешней нелюдимостью в Зейне прячется настоящее любящее меня сердце. Он просто еще не привык вот так вот открыто выражать свои чувства и эмоции рядом с другими. Исключение пока что лишь я.