Автор: Соня Недосып
Канарейка, которую мой муж завел на стороне, виртуозно играет в игры разума.
Она исчезает с пугающей регулярностью. Каждый раз — как по расписанию. И каждый раз Максим сходит с ума. Бросает дела, клиентов, совещания — и мчится на поиски, будто за ним самим гонятся черти. Найдет — и они мирятся с такой нежностью, словно ничего не случилось. Даже более пылко, чем прежде.
Их драматичная партия «ты беги — я догоняю», их вечные качели «притяни-оттолкни» почти растрогали меня — законную жену — до слез.
Почти.
Когда Кристина исчезла в третий раз, Максим положил передо мной брачный договор и пустой бланк заявления на развод. Одним движением.
— Подпиши. Ты же знаешь Кристину, — его голос звучал так, будто он объясняет прописную истину капризному ребенку. — Она ранимая.
Я спокойно взяла бумаги. Прочла каждую строчку. Медленно, как будто разбирала древние письмена.
— Не волнуйся, — добавил он, уже стоя у двери. — Это просто формальность. Чтобы Кристина чувствовала себя в безопасности. Я не собираюсь с тобой по-настоящему разводиться.
Я послушно кивнула. Послушно подписала. И попросила умоляющим тоном:
— Когда найдешь ее в этот раз... может, вернешься домой пораньше?
Максим поморщился с такой брезгливостью, будто я предложила ему съесть что-то протухшее.
— Дом, дом, дом... Ты только об этом и говоришь. Что, не можешь без меня прожить и дня?
Он схватил подписанные бумаги и вылетел за дверь — торопился обрадовать свою канарейку «победой».
Я смотрела, как его фигура тает за чугунной решеткой ворот, и на губах сам собой застыл слабый, почти неуловимый оскал.
— Я просто боюсь... что ты вернешься слишком рано.
После ухода Максима я принялась собирать свои активы.
За четыре года замужества я ни разу не оценивала свое имущество. Сказка кончилась. Пришло время подводить итоги.
Я составила список всего, что принадлежало мне, и пересчитывала каждый пункт, как драгоценность. Вдруг взгляд упал в окно: за стеклом кружились лепестки персика. Я поднялась и вышла в задний двор.
— Аристарх, — позвала я дворецкого. — Найди рабочих. Выкорчуйте все персиковые деревья.
Аристарх растерянно замер:
— Мадам, но вы же столько лет за ними ухаживали... Зачем?
Его слова потянули меня в воспоминания. В первый год свадьбы мы с Максимом смотрели «Три жизни, три мира: Десять миль персиковых цветков». Я лежала у него на груди, а он сказал с легкой мечтательной грустью: «Вот бы нам свою персиковую рощу. Наш маленький рай, только для двоих».
На следующий же день я расчистила задний двор и посадила деревья.
Четыре года пролетели как один миг. Саженцы вымахали до неба, цветы распустились пышным облаком. Но мужчина, который когда-то грезил персиковым лесом, давно растерял свою мечту. Он даже не замечал цветения.