— Не переживай, я как раз буду рядом с ним во время этих увлекательных и, несомненно, напряжённых переговоров, — хмыкнул я, чуть успокоившись и возвращая себе самообладание. Всё-таки этот Герман тот ещё фрукт, с ним ухо надо держать востро. — Буду его консультировать по всем возникающим вопросам, оказывать всестороннюю юридическую и моральную поддержку, — выразительно посмотрел на него, стараясь придать своему взгляду максимум серьёзности.

— Типа как опытный адвокат на сложном бракоразводном процессе, где одна из сторон хочет оттяпать всё совместно нажитое имущество до последней нитки? — спросил Герман.

— Да уж постараюсь, чтобы ему хоть последние штаны оставили, а то совсем не по-партнёрски получится, если мы его голым на мороз выставим.

— А гонорар у тебя тоже наклёвывается соответствующий, как у крутого московского адвоката из топ-10, а, Алексей Сергеевич?' — Герман вдруг прямо-таки грохнул от смеха, да так заразительно, что наши порядком уставшие кони испуганно прянули ушами и шарахнулись в стороны, едва не столкнувшись. Видимо, моя аналогия с адвокатом и бракоразводным процессом ему особенно зашла. — Надеюсь, твой процент начисляется не от той суммы, которую он не потеряет, благодаря твоим бесценным советам? — он ещё раз хохотнул, явно довольный своей остротой и моим замешательством.

— Но если серьёзно, — продолжил он, когда приступ неудержимого веселья его немного отпустил, и лицо снова стало по-военному строгим и деловым, — то я с выбранного курса сворачивать не собираюсь, пока не достигнем конкретного результата. Моя армада намерена неуклонно двигаться вперёд, как танк, пока у нас на руках не появится прямого, железобетонного, как говорится, соглашения с этим твоим протеже Лексом о полном и безоговорочном мире. Причём зафиксированного на бумаге, со всеми необходимыми подписями и печатями всех заинтересованных сторон, чтобы потом никаких неприятных сюрпризов типа «ой, я передумал» или «меня не так поняли, я имел в виду совсем другое». Только официальный международный договор, как у нас на Земле.

— Само собой, какие тут могут быть сомнения, всё предельно ясно, — охотно кивнул я, всем своим видом поддерживая его деловой настрой и решимость. — Я бы даже, знаешь, предпочёл, чтобы твои отборные войска оставались где-нибудь поблизости, скажем, на Еловом Тракте во время всех дипломатических игрищ и словесных баталий чисто для весомости твоей и моей аргументации, усиления нашей общей переговорной позиции. Чтобы все, и в первую очередь господин Лекс Могучий, отчётливо видели, что твои намерения самые что ни на есть серьёзные, и что за базар ты отвечаешь не только словом, но и вполне конкретным делом, подкреплённым тысячами клинков. Ну, ты понял, о чём я, — я сделал многозначительную паузу, давая ему возможность оценить всю глубину моей мысли.