— Не нужно, мы поняли, — Сталин кивнул. — Кто был объектом вашего внимания?

— В основном лидеры бандитских формирований, действовавших на территории Чеченской республики и Дагестана. Правда иногда приходилось выезжать и за рубеж. Моей специальностью были в основном несчастные случаи и так называемые «загадочные смерти». Для этого пришлось пройти дополнительную подготовку по медицине, фармакологии, химии и взрывотехнике.

— А взрывотехника зачем? — удивился Сталин. — Если это несчастный случай?

— Ну, не всегда это был именно несчастный случай, но взрыв бытового газа вполне соответствует этому определению, — пояснил Кирилл. — Потом работал инструктором в спецшколе, а два года назад, в две тысячи двенадцатом, после ранения, был переведён в Гохран в оперативно-поисковое управление, которое так и называлось — «Поиск». Занимался безопасностью приисков, отловом нелегальных золототорговцев, уничтожением приисковых банд и пресечением контрабанды золота. Работы, в общем, хватало. Потом в ходе поисковой операции догнал и уничтожил банду, как я понимаю, уже в этом времени.

— Я, кстати, прочитал то, что вы мне посоветовали, — глаза Иосифа Виссарионовича при этом как-то потемнели, и стало видно, что чтение не было лёгким. — Что ещё порекомендуете?

— Может, боевые уставы? — предложил Кирилл, чтобы как-то отвлечь от темы предательства ближайших соратников. — Есть как послевоенные, так и совсем новые, но они рассчитаны на совсем другую картину управления боем, когда командир знает состояние и местоположение каждого бойца, а командование знает численность и боеготовность каждого подразделения. Системы боевого управления двадцать первого века — это прежде всего связь, связь, и ещё раз связь.

— Боюсь, что это для нас несбыточная мечта, — Сталин вздохнул. — Радиостанций недостаточно, и мы просто физически пока не сможем насытить войска этими приборами.

— В том времени есть один анекдот, если позволите.

Сталин улыбнулся, и Новиков, посчитав это разрешением, рассказал о призывнике, которого не взяли в ВВС, и он попросился в ПВО со словами: «Если сам летать не буду, то и другим не дам».

— Системы подавления связи немного сложнее, но их нужно всего пару штук на участок в тридцать — сорок километров. Сделать такие устройства на базе существующей техники вполне реально, нужны лишь мощные передатчики и приёмники. У вермахта основная связь по радио, так что если обеспечить массированное и одновременное применение установок радиоэлектронной борьбы в начале войны, то потеря боевого управления гарантирована. Телефонную линию к танку или самолёту не привяжешь. И вообще, телефонная связь — она хороша лишь для обороняющейся стороны.