— Он появился из чащи и потребовал немедленно потушить огонь. А затем, ничего не объясняя, приказал забраться на дерево. У него была верёвка, и он помог мне подняться повыше. Там росло несколько дубов, на одном из них имелась что-то вроде площадки между трёх ветвей. Снизу не видно, только если забраться наверх. Дядя Рус приказал сидеть в этом гнезде тихо, как мышь, и не издавать ни звука. А потом пришли они. Большие и страшные. Рыскали по земле, принюхивались, переговаривались.

— Переговаривались?

— На своём странном языке. Вроде человеческий, а вроде и нет. То шипят, то рычат.

— Кто они вообще такие?

— Дядя Рус сказал, что они оборотни. Не такие, как в сказках, то есть не оборачиваются в полнолуние, но всё же трансформация с ними происходит. Что-то по типу зверолюдей. Когда они сыты, то предпочитают спать в своих норах в глубине леса. Главное в этот момент их не трогать: обходить стороной и не привлекать внимание. А вот если они голодны, тогда — берегись. Дядя Рус рассказывал, что слух у них в момент охоты становится острее, а ещё удлиняются клыки. Они собираются по трое или четверо и ищут добычу. Им всё равно, зверь это или человек. Мясо едят сырым и не делают припасов.

— Вот значит как, — задумчиво проговорила я. — А что ещё про них известно?

— Не любят открытый солнечный свет и выходить из леса. В дождливую погоду их тоже не увидишь. От непогоды они, как и мы, прячутся.

Я задумалась. Значит, с дождём нам тогда удивительным образом повезло.

— Ещё они боятся огня, — добавил Ярослав.

Я тут же вспомнила про костёр в пещере. Теперь ясно, отчего место под него оказалось у самого входа. Кто-то знал о неприязни зверолюдей к огню. Получается, нас тогда спас не только дождь.

— А кто такой Рус? — решилась я на свой самый главный вопрос. — Его же не было с нами на станции.

— Не было, — кивнул головой Ярослав. — Но он не местный.

— А кто же тогда?

— Дядя Рус, такой же игрок, как и мы. Только из прошлого состава.

Я замерла. Как такое может быть?

— Из какого именно?

— Он не сказал, но дал понять, что знает этот мир, как свои пять пальцев. И у него есть тайные убежища. Такие, как этот остров.

Я оглянулась на стоявшую позади нас хижину. То, что говорил Ярослав, было логично.

— Но почему он не вернулся? Ты видел его браслет?

— Видел.

— И?

— Он зелёный.

— Значит, может. Тогда почему всё ещё здесь?

Мы посмотрели на сидящего у воды мужчину. Мрачный, отстранённый, одинокий. Теперь понятно почему. Если бы я застряла здесь надолго, ещё неизвестно, как бы себя вела.

— Он провёл меня через лес до озера, а потом на болото. Сказал, что нужно переждать. Чего именно — непонятно, но здесь безопасно. Все эти дни он кормил меня ухой и раками. Ещё давал сухари и научил пользоваться раколовкой. Мы привезли из леса запас дров. А позавчера он взял лодку и куда-то уплыл. Вернулся уже без лодки, злой и мрачный. Я не решился спросить, что случилось.