Адреналин сделал своё дело, Зарина в доли секунды помогла забросить тело Сону на спину Юнджи, и мы рванули со всей возможной скоростью. О забытых на берегу удочках никто не вспомнил. Мы молились только о том, чтобы преследующие нас существа не оказались быстрее.

Их невысокая скорость стала нашим спасением. Эти полузвери-полулюди передвигались небольшими скачками, используя иногда для опоры верхние конечности. Они не эволюционировали настолько, чтобы иметь особое превосходство. А может, создателями этого мира было так и задумано. В любом случае мы смогли удержать дистанцию и ввалились в клубы белого тумана, имея небольшое преимущество в разделяющей нас дистанции.

— Быстрее! Быстрее! — подгоняла Зарина, и мы продолжали шагать наугад, чувствуя как меняется под ногами почва.

Мне казалось, что вот-вот когтистая лапа схватит меня за рюкзак, но перейти на бег не могла, иначе рисковала потеряться в плотном белом молоке, поэтому держалась рядом с Зариной.

Вывалились мы прямо в болотную жижу. Вода мгновенно пропитала ботинки, а Юнджи, оступившись, упал в сторону, увлекая за собой Сону, и их тут же начало утягивать в трясину. Зарина вскрикнула, спрыгнула с кочки, на которую мы выбежали, и потянула Сону на себя. Кочка оказалась неустойчивой и закачалась, отчего я упала на край и начала сползать в воду.

Всё случилось настолько неожиданно, что никто из нас не успел должным образом среагировать. Юнджи пытался встать на ноги, но его продолжало затягивать в трясину. Зарина тянула за шиворот Сону, который по-прежнему был без сознания, а я, в шаге от них, пыталась найти хоть какую-то опору. Мой рюкзак намок и тянул меня вниз, руки и ноги соскальзывали, и я безуспешно цеплялась за крошащийся мох.

В какой-то момент мне удалось забросить колено повыше и, опираясь на более твёрдую поверхность, подтянуть себя вверх, подальше от мутной, заполненной илом воды. Ухватившись за единственную торчащую из сухого пня ветку, я замерла, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Вот только разворачивающаяся рядом со мной трагедия не давала на это времени. Я поднялась на колени, скинула мешающий мне рюкзак и развернулась.

Юнджи сделал рывок вперёд, но снова оступился. Его качнуло, погружая в воду по самые плечи и он отпустил Сону, чтобы не тянуть того за собой. Зарина, наоборот, вроде бы справлялась: уцепившись одной рукой за клок жухлой травы, торчащий из кочки, а другой — за воротник куртки Сону.

Юнджи застыл, пытаясь сохранить те сантиметры, которые отделяли его подбородок от воды. Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах обречённость.