В какой-то момент он отошёл в глубь пещеры, а я вдруг словила ощущение, что на меня кто-то смотрит. Медленно подняла глаза и обомлела. В глубине тёмного леса светилась пара внимательных глаз.

Меня словно парализовало и я застыла, не в силах произнести и слова.

Я смотрела на существо, а существо смотрело на меня, и казалось, что этот момент длится вечно. А потом где-то в отдалении послышался характерный волчий вой, и существо, кем бы оно ни было, среагировав, отступило в темноту. Всё, что я смогла разглядеть, это немалые размеры, удлинённые уши и тёмную густую шерсть. Но что пугало больше всего, так это полностью разумный взгляд. Не было в нём ни холодного безразличия, ни хищного азарта перед охотой, а было нечто иное. Оно меня изучало так же, как и я его.

Услышав вой, мои спутники всполошились.

— Что это было? — подскочила со своего места Зарина.

Юнджи подошёл ближе и встал у меня за спиной. Я же так и осталась сидеть на земле. Ноги сделались ватными и не хотели слушаться.

— Ты что-то ви-дэла? — спросил Юнджи.

— Видела, — прохрипела я пересохшим горлом.

— И что это было?

— Не знаю.

В итоге этой ночью мы спать больше не ложились, а в четыре глаза следили за входом в пещеру, вздрагивая от каждого шороха. Юнджи достал свой топорик, а Сону палку по типу биты, которую они принесли ещё с прошлой локации. Всё же это было какое-никакое, но оружие.

Вскоре начало светать, и лес перестал выглядеть столь мрачно. Когда из-за туч ненадолго выглянуло заспанное солнце, наш костёр окончательно прогорел, и нужно было принимать решение: либо снова запастись дровами, а заодно поискать что-то съестное и окопаться в пещере, либо немедленно двинуться в путь, пока опять не стемнело. Отчего-то нам всем казалось, что днём лес более безопасен. Хотя бы потому, что видно на более далёкие расстояния и застать нас врасплох сложнее.

Ко второму варианту склоняло то, что имеющейся в нашем распоряжении воды было не так много, и назрела необходимость пополнить её запасы.

— Надо идти, — проговорила Зарина.

— Под-дэрживаю, — высказался Сону.

Мы с Юнджи молчали. Увиденное ночью вообще не вдохновляло на то, чтобы высовывать из пещеры нос, но и остаться вроде как неразумно.

«Двигайся!»

Полученное в самом начале послание стало девизом, которого следовало придерживаться. Поэтому, прикинув все «за» и «против», я нехотя проголосовала за то, чтобы покинуть убежище.

Оглядываясь по сторонам и стараясь не шуметь, мы вышли наружу. Лес был свеж и умиротворён, но теперь не так безобиден, как это казалось раньше. Особенно после того, как наш путь пересекли огромные следы.