— Это что?

В глазах Елены мелькнула робкая надежда.

— Это обезболивающее для Игната. Думаю, на его вес одну таблетку смело можно поделить на два приёма. Надеюсь лекарство поможет.

В глазах Елены появились слёзы, но она покачала головой.

— У нас сейчас совсем нет жемчужин. Ни одной. Мне нечем заплатить.

— Это подарок, — негромко проговорила я и добавила: — Прими, пожалуйста.

Я перестала «выкать», тем самым давая понять, что принимаю её в круг близкого общения.

Ярослав с Игнатом, взявшиеся было за ложки, затихли, а Елена сжала кулаки. Было видно, что этот мир выжал из неё последние силы, как и веру в лучшее. А я вдруг поняла, что если бы не сын, она давно бы наложила на себя руки. Её тихий голос надломился, когда она произнесла:

— Вы и так разделили с нами свой обед, и я уже благодарна.

Как же страшно, когда человек привыкает к равнодушию окружающих и начинает надеяться только на себя. Всё, что осталось у этой женщины, помимо её мужества, лишь чувство собственного достоинства. Если она потеряет и это, то держаться больше не сможет. Осознав это, я негромко сказала:

— Если тебе важен равноценный обмен, то и ты можешь нам помочь.

— Чем?

Столько надежды прозвучало в этом коротком слове, а меня внезапно осенило.

— Мы боимся оставлять свои вещи без присмотра. Как на лугах решается этот вопрос? Нет ли возможности часть предметов хранить у тебя?

Шумный выдох дал понять, что я нашла правильный вариант из тех, которые могла предложить.

— Здесь существует негласное правило, — ответила Елена, — всё, что за заборами и за закрытыми дверьми, частная собственность. Брать без разрешения нельзя. За нарушение правила могут изгнать в ущелье, а за кражу рандомного предмета система отминусует пять баллов рейтинга.

— Вот как.

Я задумалась. С минусовкой баллов, в принципе, логично. В который раз убеждаюсь в том, что этот мир пытается мотивировать в человеке лучшее.

Елена легонько коснулась моей руки.

— Мы с удовольствием предоставим вам своё скромное жильё для хранения вещей. Что бы вы хотели спрятать?

— В первую очередь куртки и удочки. Пока больше ничего такого, но, может, ещё что-то понадобится.

— Это несложно. У нас есть небольшой кусок земли с огородом. Одежду уберу под крышу, а удочки поставим у двери — никто не тронет.

— Вот и ладно. Значит, по рукам?

Елена выдохнула.

— По рукам.

Я придвинула блистер с таблетками в её сторону, и в тот же момент все услышали писк моего браслета, который на секунду вспыхнул фиолетовым.

— У тебя игрушка, как у мамы, — прокомментировал Игнат. — Жалко она не снимается.

Я посмотрела на экран и прочитала вслух: