Пока я писал в блокноте сочинение на тему «Как я разносил трамп», за столом царила почти полная тишина, изредка прерываемая перебрасывающимися негромкими короткими фразами Падди и Уорри. Фари в их беседе участия не принимала, демонстрируя обиду. И плевать малявке на все оправдания родственников. Она обиделась — извиняйтесь. Вот же ж… женщины!

— Значит, Пикардиец и его ушастая шавка мертвы, — откинувшись на спинку стула, Уорри отбросил на стол написанный мною текст и, замолчав, уставился куда-то в пространство. Но стоило Падди завершить чтение, как его дед пришёл в себя. — Я бы хотел увидеться со спасённой тобой клыкастой. Хотелось бы с ней поговорить…

— Какой клыкастой? Какой спасённой? — прищурилась Фари и, выхватив из рук братца исчёрканные мною листы, в свою очередь углубилась в чтение.

— Ей нужно отдохнуть, — кое-как прокашлял я, стараясь не обращать внимания на подозрительные взгляды мелкой, которые та, с чего-то, начала бросать в мою сторону. — Девчонке сильно досткха-кхалось, да и ночь на мор-розе не пошла ей на пользу.

— Утром я зайду к вам с лекарствами, — понимающе кивнув, протянул Падди и неожиданно усмехнулся. — А сейчас, может быть, покажешь, что тебе удалось добыть на трампе?

Вместо ответа я выжидающе уставился на старого мага. Тот покряхтел, но… всё же согласно кивнул.

— Выкладывай добычу на стол, а пока Падди будет её осматривать, я расскажу, как и во что мы вляпались… и выпутались, слава Многоликому.

— Мы ещё аркх-р-ртекхфактов там набр-рали, — заметил я, освобождая сумку Падди от её содержимого и выкладывая его на свободный край стола. — Их бы тоже оценить не мешало.

— Постараемся, — кивнул братец сердито сопящей Фари, с интересом наблюдая за тем, как я выгружаю на стол свёртки и колбы с ингредиентами.

Рассказ Уорри меня не поразил. Удивил в мелочах, да… История оказалась стара как мир. Переплетение амбиций, жадности и зависти к чужим успехам всегда приводили к возникновению вражды и ненависти, и ничего поразительного в этом нет. Так произошло и с компанией тогда ещё молодых магов-авантюристов, выпускников Туврского колледжа Высокой Магии, однажды не поделивших между собой что-то ценное. Кто-то позавидовал находке компаньонов, кто-то не согласился с жеребьёвкой, по результатам которой желанная добыча ушла к другому соратнику, и в результате некогда дружная компания молодых магов переругалась вдрызг. Разошлись не по-доброму, затаив друг на друга злобу. С тех пор, неоднократно пересекавшиеся на профессиональном поприще, эти маги с удовольствием гадили друг другу… не переходя, однако, некую черту. Так бы и жили они ещё долго и с наслаждением, устраивая друг другу пакости, если бы однажды один из них, получеловек-полуальв по прозвищу Пикардиец, с подачи родного братца занявшийся контрабандой всяческого волшебного барахла, не обзавёлся в одном из своих путешествий набором «чистых» рабских ошейников. Не тех поделок с намертво забитыми ментальными установками, что до сих пор используют на флоте, а пустых, напрочь запрещённых к продаже частным лицам «болванок», на которые владелец мог самостоятельно записать любой набор команд. Если сумеет, конечно.