Если бы соотношение сторон являлось более-менее равным, защитников «Убежища» бы смели моментально или хотя бы очень быстро. Но при перевесе десять к одному, ибо подкрепления противника прибывали тонкой струйкой, на каждого рыцаря приходилось достаточно направленных в него стволов, дабы его мастерство ближнего боя просто не сыграло никакой роли. Магические барьеры противника, как правило, существовали недолго, либо защищали только отдельных агрессоров. Растянутые на много метров мерцающие полотнища энергии разрушались либо от совокупного воздействия сотен пуль, ежесекундно бьющих в разные места, либо от взрывов гранат, многие из которых имели в качестве поражающих факторов не только осколки, но и всякие экзотические эффекты вроде облака ядовитого газа или кислотных брызг, поскольку возглавлявшая наших химиков и алхимиков маленькая шестидесятилетняя девочка развернулась вовсю, снабжая войска качественными боеприпасами. А наши нынешние враги с вооруженными силами землян ещё, по большому счету, не сталкивалась. Они не разработали ни тактики противодействия им, ни специфических методов противодействия ураганному обстрелу маленькими свинцовыми пульками, которых даже весьма прокаченные люди в большинстве своем тупо увидеть не успевают. Максимум они натыкались на счастливчиков, которым повезло разграбить охотничий магазин или полицейский участок. Да и высокоразвитые технологические миры в составе Бесконечной Вечной Империи встречаются довольно редко, а потому вряд ли Аркхалаз имел опыт противостояния нам или кому-то, на нас во многом смахивающему.

— Эва, ломай портал! — Оказавшись поблизости от десятков врагов и пары сотен союзников я сделал то, что было наиболее напрашивающимся тактическим ходом, куда более результативным, чем самоличное махание молотом. Воспользовался магией, дабы еще больше замедлить первых и тем дать вторым больше возможностей для безнаказанного расстрела противника.

Перстень на моей руке, что ценой больших трат жизненной энергии мог управлять кровью, неприятно резанул болью даже не столько палец, на котором сидел, сколько энергетику, откуда резко выкачали чуть ли не четверть праны. Но у меня её все еще оставалось раз в десять больше, чем у нормального человека, и результат определенно стоил того. Алая жидкость, вытекшая из накиданного вокруг портала множества мертвых тел, и образовавшаяся большие лужи, по моей воле взяла и впиталась в мгновенно раскисшую землю, превращая относительно тонкий слой грунта в непролазную хлябь, цепляющуюся за латные сапоги рыцарей не хуже чьих-нибудь рук. Разумеется, приложив усилия, эти элитные рубаки могли выдрать свою обувку из получившегося кровавого болота…И передвинуть её сантиметров на тридцать-сорок, ну пусть шестьдесят. А потом им вновь приходилось поднатужиться, дабы сделать еще один шаг. И ещё, ещё, ещеё…Пока, наконец, выпущенные защитниками «Убежища» пули не перегрузят их магическую защиту и не примутся пробовать на прочность металлические панцири лучших бойцов Аркхалаза. Броня у них была, безусловно, толстая и прочная, но это все же была личная броня, а не какой-нибудь там танковый корпус весом в полсотни тонн. В ней под свинцовым дождичком довольно быстро появлялись дырки, пусть и не всегда в жизненно важных местах. Стрелки ведь идиотами тоже не являлись, когда у них была возможность, то целились не в прикрывающую грудь пластины, а в сочленения на конечностях, где защитные покровы в силу конструкции были потоньше. Ну, или голову, ведь даже выдержавший десяток прямых попаданий зачарованный металлический колпак не всегда мог уберечь находящиеся внутри мозги от серьезного сотрясения мозга, с которым бежать в атаку и рубить в фарш противника становится уже как-то немного не комильфо…