— Удачи! Я буду ждать. — едва слышно донеслось с потолка.

Утерев мокрое лицо, я быстро огляделся.

Ну…

Десяток металлических скамей со спинками расположены так, чтобы сидящие могли любоваться окружающим подводным пейзажем. Стальной пол. Стальные стены. Огромные окна в стенах и потолке. Один шлюз в потолке и один расположен чуть поодаль в стене. Вокруг обоих — золотые с черными широкие полосы. Вот он — золотая граница — как назвал эти полосы Лео, что в свою очередь услышал это от гномов. Больше тут ничего. Я не вижу и самого главного — полусферы наблюдения. Но я вижу место, где раньше полусфера несомненно имелась — точно по центру просторной комнаты, на потолке, видны знакомые крепления и свисающие разъемы. Знакомая и родная до боли ситуация. Прямо как дома.

Подойдя ближе к одной из золотых полос, я внимательно осмотрел ее. Это не краска. Выглядит как инкрустация дорогущей на вид золотой полосы в обычную сталь. Выглядит броско, но издалека ее увидеть достаточно сложно. К примеру, если бежишь или просто торопишься, то можно ненароком пролететь «золотую границу» и не заметить. Вряд ли система ловит на этом гномов. Скорей всего, есть дополнительный способ тревожного оповещения на такой случай — вроде надписи перед глазами или алого мерцания.

— Хорошо. — тихо произнес я, разворачиваясь и шагая к темнеющему проходу. — В коридоре — ни звука, пока я не заговорю. Не топать, не звенеть, не брякать, не хрюкать. Тут каждый звук улетает очень далеко. Мы с Рэком рассказали вам о плуксах и их манере нападать. Повторю только главное — отнеситесь к ним серьезно! Эти твари быстры, сильны и нихрена не боятся. Держим дистанцию. Шагаем спокойно. Вперед!

Коридоры встретили нас… чем-то нехорошим, тревожным, безмолвным, предвещающим скорую мучительную гибель. Я с наслаждением вдохнул показавшийся особо густым и сладким холодный воздух, провел пальцами по стальной стене, повел плечами. Да… эти ощущения не обманывают. Гоблин дома. Пусть за много километров от родной Окраины — но все же гоблин дома. Тут все родное… милое и спокойное… я миновал выстроенную из черепов пирамидку, увенчанную еще разлагающейся женской головой, и брезгливо поморщился — слабаки эти гномы. Будь они по-настоящему круты, расположили бы черепа прямо по центру, а тут все сложили поверх сливной и одновременно вентиляционной решетки, что засасывала и мясной тухлый сок, и вонь разложения. Слабаки и эстеты. Не хотят брезгливо морщиться — и, стало быть, они на пути к гибели.

— Черт. — едва слышно прошелестел наш «багаж» и тут же клацнул зубами, получив удар от живо развернувшегося Рэка.