Придя к очередному, криминальному плану, я взял несколько бумаг и двинулся в дежурную часть, где, дождавшись, когда в помещении никого не будет, открыл ящик стола помощника дежурного и вытащил из него несколько паспортов, что находили и приносили граждане. В кабинете я выбрал один подходящий, остальные паспорта, уходя домой, бросил обратно в ящик.

Виктор Брагин, моими стараниями, устроенный в Вождиский РУВД, квартировал на последнем этаже бывшего общежития Социалистического Городка. Жилье нового типа для коммунаров (отсутствие кухонь и санузел один на этаж), построенное в период Великих строек, для переделки в отдел милиции потребовало самых минимальных изменений в проект. Брагин своим перемещением был весьма доволен. Его, как опытного сотрудника, не отправили в маленькое отделение на окраине города, посадили в кабинет на четырех сотрудников в самом центре района и даже выделили комнату в рабочем общежитии в пяти минутах ходьбы от места службы. Но ложка меда не бывает без бочки дегтя. Территорию Брагину нарезали самую удаленную — ремонтную базу речного флота вкупе с одноименным поселком, добираться до которых было на машине, как минимум, минут сорок, а на редко ходящем автобусе –час –полтора. И теперь Виктор страдал от дежурного отсутствия денег в кармане, а также адекватного транспорта.

— Здорово, братан…- я оглядел просторный кабинет: — Один?

— Да, все усвистали по каким-то делам. — опер поставил чайник: — Ты что прилетел? Что-то случилось?

— Помощь твоя нужна, но это терпит. — я не хотел говорить в стенах служебного кабинета, АСБ или ФСБ, или черт его знает, как их сейчас называют, как птица феникс, возродилась из пепла августа девяносто первого года и уже начала щемить самых наглых ментов, используя при этом современные средства аудио- и видео фиксации.

— Давай, жалуйся. — местные опера откуда-то притащили огромную упаковку одноразовых стаканчиков, и я пил чай, особо не задумываясь, кто до меня пил из этой чашки и оставил ее грязной.

Жалобы Брагина были ожидаемы — местное сообщество человека с мутной историей восстановления пока не приняло и чуть-чуть сторонилось, информацией делилось очень дозированно, поэтому Брагин пока был «один на льдине», барахтаясь и рассчитывая только на себя.

— Понятно, брателло. — я бросил стакан в переполненную корзинку для мусора: — Пойдем, я тебя до общаги твоей провожу.

— Я, Вить, на тему одну вышел, перспективную…- мы стояли возле круглосуточного ларька на улице Братства и смотрели на, медленно падающие из свинцового цвета туч, хлопья снега: — туда войти не так дорого, но перспектив лет на десять- пятнадцать хватит. И мне твоя помощь нужна, но, как говорится, сопряженная с риском. Мы можем или пойти официально, согласно закона об ОРД, или не официально, но, в этом случае, есть риск и одновременно, возможность заработать.