Хотела узнать у нее еще и про Морса, но не успела. В дверь постучали, и на пороге нарисовалось его всемогущество своей собственной всемогущей персоной.

Я тут же попыталась стянуть на груди струившееся кружево сорочки, прозрачно-фривольное, не оставлявшее простора для фантазии де Горта. Илсе, тоненько пискнув и изобразив очередной книксен, поспешила набросить мне на плечи халатик. Тоже что-то шелково-кружевное с рукавами-разлетайками и множеством непрактичных ленточек-завязок, которые только и делали, что развязывались, когда надо и когда не надо.

— Ваше всемогущество, — еще один реверанс.

Я отсалютовала могуществу бокалом с травяным отваром (что-то слишком много попало в меня за последний час травок) и потянулась за булочкой. Голод притупился, но я бы все равно еще чего-нибудь погрызла. Почему-то эта мысль пришла ко мне сразу после прихода Стального. Сейчас на лорде были темные штаны и светлая сорочка, слегка расстегнутая. Фрагмент мускулистой груди, видневшийся в ее вырезе, заинтересовал меня не меньше, чем только что съеденная дичь. Не скажу, что мне хотелось съесть и хальдага, но какие-то смутные желания его присутствие здесь, в моей спальне, определенно вызывало.

Не знаю, что это со мной такое, но вдруг захотелось, чтобы де Горт опустился рядом со мною. А дальше…

А дальше будем действовать по наитию и по обстоятельствам.

— Зашли поинтересоваться моим самочувствием?

— Оставь нас, — велел лорд камеристке, после чего вернулся к сканированию взглядом своей наины.

Илсе испарилась с той же скоростью, что и мясо с моей тарелки, оставив меня наедине с герцогом и половинкой булочки, которую я еще не успела оприходовать.

Герцога тоже еще не успела, но это, подозреваю, лишь вопрос времени.

Подумала так и вздохнула. Надеюсь, сейчас во мне говорят травки и температура, а не новоявленное чудище.

После того как за Илсе закрылась дверь, де Горт постоял возле нее еще какое-то время. Не то вдруг оробел, не то дожидался персонального приглашения. Отщипнув от булочки небольшой кусочек, я отправила его в рот и заметила, покосившись на опустевшую тарелку:

— Вы пропустили ужин.

— Спасибо, я не голоден.

Везунчик.

Несколько шагов вперед, ко мне, и лорд опускается рядом со мной на шкуру, светлую и мягкую, слегка порыжевшую под отблесками пламени. Бросив на него взгляд, замечаю, что волосы у его всемогущества слегка влажные. Значит, мы тоже только что из ванной. Почему-то вдруг захотелось их коснуться, скользнуть пальцами по шее, к сильным плечам, дотронуться до груди Истинного, повторить своими прикосновениями узор татуировки, что привиделся мне во сне.