— Что-то зря я в эту учебу ввязался, — пожаловался я Антону. — Толку от нее нет. Лучше, действительно, было бы собрать команду физиков и объяснить им, какой нам нужен прорыв…

— Да ну, брось. Кто бы нас стал слушать. Похлопали бы по плечу, поулыбались, и на этом все закончилось бы. Да и тебе тоже надо развиваться. Потенциал есть, так зачем с отверткой до пенсии бегать?

Я пожал плечами.

— Не впрок мне физика. Я бы лучше с пилотским софтом поковырялся. Взял тут спецкурс, посмотрел на него. Есть идеи, что можно улучшить. Но с внесением изменений там так все зарегламентировано, что без профильного диплома и нескольких лет работы программистом даже лишний пробел выкинуть не дадут.

— Ты теперь и до софта решил добраться? — хохотнул Антон. — Разошелся ты, Тём. Новый движок, новый софт, g-поле еще это твое. Ты точно с Земли, а не прогрессор каких-нибудь Странников? Достанешь из гаража свой «Призрак» и полетим на нем к звездам.

«Еще как полетим», — подумал я про себя.

В пультовую нас не пустили. За подготовкой и запуском двигателя мы, вместе с другими зрителями, наблюдали из гостевой зоны. На огромных настенных мониторах шла прямая трансляция с камер в Большом зале. Экраны поменьше показывали телеметрию и графики изменения ключевых показателей.

Пока основная масса зрителей разглядывала движок и любовалась потоками плазмы, я смотрел на цифры. Реактор хорошо набрал и удерживал мощность. Реакция шла стабильно, плотность и температура плазмы уверенно держались в зеленой зоне. Подогрев рабочего тела тоже отработал на отлично. Правда, подавать водород пришлось короткими импульсами, иначе даже уникальные гасители плазменного стенда не справились бы с отводом выхлопа. Получить полную тягу можно будет только в космосе.

— Шикарно, — Антон пристроился рядом и смотрел, как опускается мощность и системы, одна за другой, подают сигнал об отключении. — Это мы сделали! Представляешь?

— Не скромничай, Антоха. Ты сделал. Моя только идея, ты же ее потом два года нянчил и дорабатывал, — грустно улыбнулся я. — Движок надо твоим именем назвать.

— На стенде еще два пуска будет, потом комиссия должна передать наш образец в опытную эксплуатацию. Уже через месяц кто-то полетит в космос на нашем движке! До сих пор не верю, что имею к этому отношение.

Антон сиял, как начищенная ложка. Очень хотелось его подколоть, но я понимал, что он имеет право на эту радость.

Я прошатался по институту до вечера. Заглянул во все отделы, участвовавшие в создании нового движка. Поздравлял и принимал поздравления, как правило, с бокалом в руке. Под конец еще открыли с ребятами хранимую до особого случая бутылочку коньяка, на удачу. Собираясь домой, я обнаружил, что перед испытаниями отключил на коммуникаторе звук и забыл поставить вибрацию. То-то он молчал весь день.