Ингрид кивнула:

— Благодарим за гостеприимство, генерал-майор. Надеюсь, данная встреча станет первым шагом к продуктивным отношениям между нашими народами.

Тот склонил голову в формальном прощании и вышел, сопровождаемый молчаливым телохранителем.

Куваева, стоявшая у печи, произнесла:

— Если вы готовы, предлагаю начать с тренировочной площадки, затем покажу кузницу и юрту, подготовленную специально для вас. Взгляните на нашу повседневную жизнь.

— Превосходно, — согласилась Ингрид, обмениваясь быстрым взглядом с Фреей.

Они вышли из штабной юрты на мороз. День клонился к вечеру, но суета в лагере только набирала обороты. Солдаты всё также спешно выполняли дела, периодически бросая любопытные взгляды на северян.

Куваева привела их к тренировочной площадке, где несколько отделений отрабатывали боевые построения.

— Впечатляюще. Для преступников они неплохо обучены, — заметил Бьёрн, наблюдая, как солдаты быстро перестраиваются из одной формации в другую.

— Так и есть, — согласилась лейтенант. — В «Чёрном Лебеде» подготовке уделяется особое внимание. К тому же подневольные солдаты куда проще подаются образованию. Так как у них нет выбора. Идёмте дальше.

Они миновали кузницы, где с помощью эфирных техник ковали оружие. Улав с интересом наблюдал за процессом. Оно и понятно. Имперские методы отличались, но результат был не менее эффективным чем у северян.

Когда они отошли от кузниц Фрея закинула, так сказать, удочку по секретному заданию:

— Лейтенант, мы хотели бы передать слова уважения от магистра Свартбьёрна Седого воину Волкову. Магистр был впечатлён его мастерством и мужеством в Сожжённом лесу.

Куваева замедлила шаг, на лице задумчивость.

— К сожалению, сержант Волков сейчас находится в лазарете. После схватки с британским магистром он получил серьёзные ранения и до сих пор не пришёл в сознание.

Ингрид хмыкнула. ПУСТЬ ОН УМРЁТ ХА-ХА-ХА-ХА!

— И насколько серьёзны его ранения? — спросила она, стараясь, дабы голос звучал обыденно.

Галина пожала плечами:

— Жить будет. Доктор сказал у него сломана нога, множественные порезы, рассечения. Но проблема не в этом. Он всё ещё без сознания из-за эфирного истощения.

— После схватки с магистром удивительно, что он вообще жив, учитывая его ранг Неофита, — заметила Фрея.

Лейтенант слегка улыбнулась, но ничего не ответила. Этот вопрос был в головах многих. Единственное, что можно было точно сказать, так это то, что прозвище Александра Волкова было слишком подходящим ему. Ненормальный практик. Точнее и не скажешь.

— В таком случае, мы хотели бы передать ему благодарность от Свартбьёрна, когда он очнётся, — продолжила советница, — Редко магистр отзывается с таким уважением об имперском воине.