Уля решительно отодвигает меня в сторону и проходит в квартиру. Не возражаю и закрываю за ней дверь. В конце концов, мы не ругались. Можно было бы сказать, что мужика не поделили, но я-то не претендую.
— Того, кто привез мне твой телефон, — хмыкаю я и демонстративно складываю руки на груди. Даже интересно, как она теперь оправдываться будет.
— Слава богу! — восклицает Ульяна как ни в чем не бывало и стаскивает сапоги. — Я уже попрощалась с ним. Не помню, где оставила. Так кто принес-то?
— Гордеев.
Озадаченно смотрю на нее, пытаясь понять, издевается или правда не знает. Неужели Алексей соврал? Зачем ему это? Не сходится у меня ничего.
— Оу, — она округляет глаза в притворном ужасе. — Вот это новости.
— Ты что, не помнишь? — недоверчиво интересуюсь, запутываясь окончательно. Не верить подруге у меня нет причин, но и факты вещь упрямая.
— Неа, перебрала вчера чуток, и все в тумане, — хихикает и качает головой. — Но проснулась я точно дома.
— Ясно, — выдыхаю, отдаю ей телефон и ухожу на кухню.
— Тась, ты чего? — догоняет меня Ульяна и хватает за запястье.
— Ничего, — невольно огрызаюсь и выдергиваю свою руку.
Не хочу об этом говорить. Все еще кипит внутри.
— Ревнуеш, что ль? — догадывается она и смеется. — Да брось, ничего же не было.
— Откуда ты знаешь, если не помнишь?
— Ну это бы я точно запомнила.
С сомнением смотрю на нее, но парировать нечем. Правду теперь знает только Гордеев. А в сущности, какая разница. Он все равно больше не вернется. А жизнь продолжается.
— Что у тебя тут за бедлам? — Ульяна осматривает мой коллапс на полу. Да уж, отмывать все придется… надо хоть подмести, а то совсем как-то стремно. Еще запах этот.
— Пельмени были… — вздыхаю я и иду за веником. — Но не срослось…
— Ясно, забей, — отмахивается она и плюхается на стул. — Давай пиццу закажем и пиво холодное?
— Я не хочу пить, — хмурюсь. Вчерашней гулянки мне хватит еще на пару лет. Я вообще очень редко пью алкоголь. Не люблю его в принципе.
— Не пей, я-то хочу. — Ульяна пожимает плечами и включает свой гаджет. — С мясом или рыбой?
— С мясом, — сдаюсь я. Все равно ведь не отстанет.
Уля звонит в доставку и заказывает пиццу, себе пиво, а мне морс. Откладывает телефон в сторону и пронзительно смотрит на меня. Становится не по себе и я отвожу взгляд. Заметаю пельмени на совок, выкидываю в ведро и, наконец, сажусь за стол.
— Так чего Гордеев-то говорил? — спрашивает Ульяна и нервно барабанит пальцами по столу.
— Да ничего, — неопределенно пожимаю плечами, первый раз в жизни решив не делиться подробностями. — Просил тебе передать телефон. А еще сказал, что возвращается в Москву.