У Маккартура со своей агентурой четкая задача: создавать проблемы для продвижения русского влияния в Афганистан и далее в Индию. А это не только военные гарнизоны в протекторатах. Это и культура, и торговля, и развитие экономических связей.

— Вы еще кого-то ждете в Гиссаре? — поинтересовался Джеймс.

— На днях должен подойти караван под управлением Самандара, — не стал скрывать Хайрулла. — Но мы не будем его ждать. Завтра с утренним солнцем выходим в Каратаг. Самандар здесь останавливаться не будет. Он и так запаздывает.

Самандар был двоюродным братом Абдул Хотака и военным советником по совместительству. Его появление в зоне операции говорит о серьезных намерениях лидера пуштунских племен взять под контроль аномалию, в какой ипостаси она бы не проявилась. Тридцатипятилетний дерзкий муджахид имеет огромный боевой опыт и несомненный авторитет в северных вилаятах Афганистана, заработанный собственными руками и головой. Это серьезный шаг Абдул Хотака, если он послал родственника для контроля за аномалией. Значит, никакого отступления не будет. Заварушка намечается знатная.

И это обстоятельство очень радовало Маккартура.

— Я, пожалуй, подожду его в Гиссаре, — сказал британец. — Нужно переговорить. А вам я желаю удачи, пусть Аллах защитит своей дланью воинов.

Иззатула не обратил на этот неловкий пассаж никакого внимания и вежливо кивнул, прощаясь. Хайрулла же поморщился, но приложил руку к сердцу, когда белый эмиссар поднялся с коврика. Маккартур неторопливо перешел по маленькому резному мостику через арык и углубился в бурлящий водоворот рынка. Он чувствовал, что за ним сейчас следят люди Хайруллы. Это мог быть вон тот худой как щепка парень в длинном сером халате из верблюжьей шерсти, ныряющий от прилавка к прилавку, и старающийся не упустить из виду высокую кряжистую фигуру Джеймса. Афганцы здесь стараются не выделяться своей традиционной одеждой, поэтому одеваются, как и местные: таджики и узбеки. А может, маленький пронырливый мальчонка в замурзанных штанах и рубашке, в старых потрепанных спортивных бутсах, ловко маневрируя в толпе, упорно держится за рыжебородым британцем.

Маккартур усмехнулся. Все это детские забавы. Афганцы — отличные воины, но искусство шпионажа и слежки для них всегда будут трудной наукой. Остановившись перед прилавком, на котором продавец разложил разнообразные самодельные ножи, перебрал несколько клинков не ради покупки, а только чтобы определить, кто же за ним следит. Поговорил с хозяином — полным круглолицым таджиком — о качестве стали, и покачал головой, сказав, что сейчас не готов приобрести неплохой, в общем-то, товар.