— Говорят, что председатель КГБ украл корону, принадлежащую королеве Бельгии, — прошептала мне на ушко баронесса. При этом она прижалась к моему плечу, и я почувствовал цветочный аромат ее духов.
— Что? — совладеть с лицом я просто не смог. Смотрел на баронессу выпученными глазами и переваривал услышанное. Когда это Серов успел бельгийскую корону спереть? Я представил как Серов, будучи в Англии во время недавнего визита, ненадолго отлучается, переплывает Ла-Манш, затем под покровом ночи проникает в королевский дворец в Брюсселе… так стоп, бред какой-то.
— Во время войны, коммунисты много что вывезли из Европы в СССР. И среди драгоценностей была диадема принадлежащая бельгийской королеве. Так вот, председатель КГБ ее присвоил, и сейчас эту диадему носит его жена.
— Вы видели эту диадему на приеме в Кремле? — спросил я, выслушав этот бред.
— Нет, это всего лишь слухи, — мило улыбнулась баронесса.
«Которые распускаешь ты, — догадался я. — Вот, значит, почему тебя из Москвы выперли».
От баронессы мне все же удалось отвязаться. Дождался, когда она отвлеклась на другого гостя и поспешил покинуть резиденцию генерала-губернатора Конго.
Для передвижения по городу мне был выделен Rolls-Royce, за рулем которого сидел один из парней Каллахэна. Он и довез меня до гостиницы, где я остановился.
— Ваш номер только что убрали, мистер Уилсон, — обратился ко мне еще один человек Каллахэна, который занимал кресло рядом с лифтом и просматривал коридор до моей двери.
— Спасибо, Том, — ответил я и, закурив, подошёл к двери.
Достал ключ и через секунду вошёл в прохладную темноту моего люкса. Это была лучшая гостиница города и кондиционеры тут работали безупречно.
Щёлкнув выключателем, я бросил пиджак на софу, обернулся и замер.
В кресле возле окна сидела молодая и чего греха таить очень аппетитная негритянка. Рядом с ней, на столике стояло ведерко со льдом, из которого торчали бутылки. Сама же юная прелестница была считай и не одета.
Вместо одежды на ней красовались красные подарочные ленточки, которые ничего по сути не прикрывали и были завязаны на груди эффектным бантом.
— И как это понимать? — спросил я у девушки на французском.
— Меня зовут Мари, мистер Уилсон. И я ваш подарок, — проворковав это, девушка встала и покружилась, демонстрируя себя со всех сторон. Остановившись, она призывно протянула ко мне руки.
— Вам понравится, мистер Уилсон, обещаю.
— Не сомневаюсь, — сказал я, медленно развязывая галстук.
Отказываться от подарка — значит нанести оскорбление, а мне тут еще работать и работать. Интересно, это генерал-губернатор постарался? Хотя какая разница? Малышка была чудо как хороша. Ох уж эти милые колониальные традиции.