— Хорошо, — согласился Салтыков, с сожалением косясь на папки бумаг у себя на столе. — Вы только никуда не уходите.

— А куда ж мы денемся? У нас замороженный труп у вашего крыльца. Если что, — продолжил я, в душе жалея Салтыкова, — мы даже готовы дать ментальные показания, продемонстрировать всё то, что видели.

— Ну и как вы это собираетесь делать? — усмехнулся Салтыков. — У меня штатного менталиста нет.

— Ничего страшного, — ответил я. — Зато у нас есть.

— Фон Аден, иди ты нахер со своими шуточками! — абсолютно беззлобно, но осознавая своё бессилие, ответил Салтыков. — У меня нет менталиста, а у него есть. Может, у тебя ещё и бог в кармане припрятан?

— Анатолий Сергеевич, вы не поверите… — начал было я, пытаясь подавить рвущийся наружу смех и заодно рвущегося на свободу Агноса.

— Даже знать не хочу! — Салтыков в сердцах прикурил новую сигарету.

— Тогда можно нас не нахер, а куда-нибудь в более комфортабельное место послать? А то мы устали невероятно, пока тащили этот труп, а там только семьдесят килограмм одного льда, плюс ещё само тело.

— Комфортабельное место говоришь? — глаза Салтыкова зажглись лихорадочным блеском. — Без проблем, выделю вам камеру повышенной комфортности.

— Что-то я передумал насчёт комфорта… — сказал я, поддерживая тон сарказма. — Нам подойдёт самый обычный кабинетик.

Спустя полчаса в здание управления столичного Тайного сыска примчался взмыленный Иосиф Дмитриевич Светозаров, следом за ним появился не менее взмыленный, но гораздо более испуганный Ярослав Болотов. Причём Болотова ввели чуть ли не под конвоем, а конвой окружила толпа болотовской охраны. Пришлось долго объяснять, что кандидата в императоры никто не задерживает, а вызвали по вопросам имперской безопасности. Светозаров, ничуть не переживая, поздоровался с Ярославом на пороге управления, как никак тот ему приходился внучатым племянником или что-то в этом роде.

— Меня вызвали точно так же, как и тебя. Никто тебя ни в чём не обвиняет. Я тебе лично клянусь, что никто тебе вреда не причинит. Готов дать кровную клятву.

— Хорошо, — лицо Болотова было бледным, но взгляд решительным. — Идёмте.

Я наблюдал за этим всем из окна и прекрасно слышал весь их разговор. Буквально через минуту зашли Салтыков и Светозаров с Болотовым. Они непонимающе уставились на нас. Отдельного внимания удостоилась глыба льда, стоявшая в углу.

— Иосиф Дмитриевич, Ярослав, — я посмотрел на пришедших, — мы должны вам сообщить весьма неприятную новость. Вот в этом ледяном кубе находится Ликомора Болотова.

Ярослав со свистом втянул в себя воздух и сжал кулаки, но Светозаров, тоже изрядно побелевший, перехватил его руку.