Нас развели по разные стороны двора.
— Что ж, время достать палочки, и да начнётся магическая дуэль! — прокричал судья и отбежал в сторону.
Стой, что⁈ Палочки? Вот, черт. Похоже, я опять лоханулся.
Конечно, а чего я ожидал? Но о какой палочке в моём случае может идти речь, если я и простейшею магию ещё не освоил… И как я мог поддаться на его провокацию, знал ведь, что ничем хорошим это не закончится! И что же мне теперь делать?
Ольгерт тем временем уже закончил зачитывать заклинание и в меня шквалом полетели огромные булыжники.
— Ты что, убить меня хочешь⁈ — едва увернувшись, крикнул я, но он не слушал, тут же запустив новая партию камней.
Гедиминович атаковал без перерыва, правда, применяя лишь магию земли. Видимо остальные стихии ему были неподвластны. Но мне и этого хватало. Я едва успевал отбегать, носясь по двору как сумасшедший. Так что вскоре совсем запыхался. А среди толпы вновь стал раздаваться злорадный шёпот:
— Жалкое зрелище.
— Хватит уже бегать!
— Похоже, он и правда вообще не умеет колдовать.
— Ну и ничтожество.
— Такому и правда не место в нашей академии.
— Ну что, признаешь своё поражение, неудачник? — высокомерным тоном обратился ко мне Ольгерт. — Если признаешь, что ты никакой не герцог и извинишься за прошлый раз, я так и быть, пощажу тебя и не буду сильно калечить.
Из толпы раздались смешки.
— Да сдавайся уже.
— Смотреть на тебя тошно!
— Таким как ты, не место в нашей академии.
— Герцог без герцогства! Герцог без герцогства!
Эту фразу стали повторять по кругу, будто заклинание.
— Как же достали, — прошипел я.
— Что ты там шепчешь? Если хочешь извиниться, говори громче. Чтобы все услышали.
— Да отвали ты уже от меня! — заорал я во всё горло, при этом выставив обе руки вперёд.
Не знаю, чего хотел добиться этим жестом, он вышел как-то сам собой.
Виконт настолько вывел меня из себя, что единственное чего я хотел, чтобы он заткнулся. Чтобы все они заткнулись!
В ту же секунду мой противник поднялся в воздух, и, будто волейбольный мяч посланный при подаче, полетел в сторону ближайшего дома, располагавшуюся метрах в десяти от него, пока с грохотом не врезался в его стену. После чего, оставив глубокий след в кирпичах, свалился на землю.
Все с недоумением смотрели то на него, то на меня.
— Что это было?
— Вы это видели?
— Что вообще произошло?
— Может, это какое-то запрещенное заклинание?
— Но он, вроде, не может колдовать?
— Значит, точно сделал что-то запрещенное.
Не знаю, сколько бы ещё продлились эти перешёптывания, но вперёд внезапно вышел мой учитель.
— Что ж, Вы молчите, судья? — поинтересовался он.