Так почему тогда у меня ничего не получается⁈
Я уже даже попробовал увеличить количество маны, но в итоге лишь чуть не лопнул яйцо, но из него никто так и не вылупился. Тогда я подумал, что мне подсунули бракованное яйцо, или кто-то с ним что-то сделал.
Но учитель со мной не согласился.
— С ним абсолютно всё в порядке, — с лёгким вздохом произнёс он, будто жалея меня. — Если хочешь, я могу заменить его. Но не думаю, что от этого что-то изменится.
— Но почему? Все уже справились с этим заданием, один только я остался с яйцом. Может, я просто не способен на это?
А что если всё дело в моём прошлом? Может, я не могу призвать никакого фамильяра, так как сам пришёл из другого мира.
Но учитель меня успокоил, сказал, чтобы я не отчаивался и продолжал вливать ману.
— Такое иногда случается, — тихо произнёс он. — Я же говорил, что в этом плане всё очень индивидуально. Просто пока не нашлось то животное, которого бы привлекла Ваша мана.
— И что же мне делать?
— Просто продолжай делать тоже, что и сейчас: вливай ману, пока оно не появится.
Что ж, с учителем не поспоришь, тем более я и сам хотел получить себе зверька. А то как-то обидно, что у всех он есть, а у меня нет. Да и, как я понял, без него не получится сдать экзамен, ведь некоторые задания были рассчитаны на работу с фамильяром.
В итоге, я продолжил везде носить яйцо. И хоть недавно другие ребята ходили так же, сейчас это вызывало у них смех, а я очень быстро получил прозвище «курица-наседка», или того хуже:
— Смотри, вон парень с яйцом идёт, — смеялись прохожие девчонки.
Кто-то скажет, что в этом нет ничего особенного, но мне было дико обидно.
В классе надо мной не издевались, хотя по началу близняшки пытались подшучивать. Но Нортон быстро пресёк это, сказав, что за каждое издевательство будет давать дополнительное задание по алхимии. Правда, тут же сам подшутил, предложив добавить туда немного его силы.
Я шутку не оценил. В тот момент мне и без этого было паршиво на душе.
Анни и Вероника пытались меня поддержать, как и ребята в ордене, уверяя, что он обязательно появится. Хотя, конечно, они не могли знать этого наверняка, и на деле это были лишь пустые слова. Не уверен, что за всю историю академии, вообще были подобные случаи, чтобы кто-то так долго не мог призвать себе фамильяра.
Кроме того, были ещё и те, кто хоть и не смеялись надо мной, но смотрели с откровенной жалостью. И это ещё больше бесило. А хуже всего, что к их числу относился Ярослав.
После окончания новогодних праздников я сильно поругался с ним и теперь мы не общались. Поначалу он просто игнорировал меня, а теперь смотрел с укором и одновременно состраданием., будто я какой-то ущербный.