— Эм… Гису? — начала говорить Ю Джин тревожным голосом. — Может быть, не стоило с ним так грубо. Одно дело, когда я с ним ругаюсь, но не без причины. А другое дело ты. Надеюсь, его не заденет это.
— А мне без разницы. Заденет его это или нет, — убрав телефон в карман, произнес я.
— Почему?
— Потому что я думаю, что именно он и сливал информацию о тебе.
— Чего⁈ — она резко остановилась и замерла. — Нет. Я, конечно, понимаю, если кто-то из сотрудников сливал бы подобную информацию. Тем более за деньги. Но чтоб мой главный менеджер… звучит не очень правдоподобно.
— Я не утверждаю. Но если бы я был в нем полностью уверен, то сейчас рассказал бы ему о крысе в вашей конторе. И попросил бы разобраться. Но…
— Но? — внимательно посмотрела она на меня.
— Если хочешь что-то сделать хорошо. Делай это сам.
Чан поставил кружку на стол, и тяжело вздохнув, закрыл тетрадь с домашним заданием. Быстро скинув тетради и учебники в рюкзак, он потянулся в кресле и поднялся.
Парень прошелся по комнате, разминая шею, и остановился у шкафчика, где на полках стояли дорогие ему предметы. Тут был и кубок с дрифт-гонок, и какие-то медали.
Среди всех довольно разнообразных наград были и обычные машинки из конструктора, фотографии со старшей сестрой. Была даже одна со старшим братом, но довольно старая. На ней двум мальчишкам было лет по десять-двенадцать. В ту пору старшего брата еще не готовили как приемника.
Однако взгляд парня остановился на фотографии с фестиваля.
— Черт возьми, это было великолепно, — прошептал он.
Его взгляд скользил по счастливым лицам. Ребята из класса кричали, широко раскрыв рот, девчонки застыли на кадре в приступах визга. Пак с выражением превосходства, победы и полной концентрации, но даже в обычной рамке формата А4 было видно, как на глазах застыли слезы счастья. Рядом с ним и сам Чан, что выпучив глаза, с широко открытым ртом кричал во всю глотку. При этом руки его поднялись к небу, сжав кулаки. А вот рядом с ним стояла Юми.
Девушка стояла, слегка присев и сведя коленки. Руки чуть отведены в стороны и назад, со сжатыми кулаками. На щеках слезы, а рот раскрыт в истошном победном визге.
Чан хохотнул, затем прикусил губу, и тяжело вздохнув, вернулся в кресло. Взяв телефон в руки, он открыл профиль Юми, в котором фотографии были открыты только для друзей.
Ан принялся рассматривать ее идеально выверенные фотографии. Удачный ракурс, прекрасная улыбка, отличная фигура, безупречный стиль. Все они были хороши, профессиональны и почти идеальны.
Хмыкнув про себя, Чан закрыл фото и открыл память телефона, принявшись рыться в галерее, просматривая свои фотографии.