— Ты хотел бы, чтобы Ким Су Хона сразу отменили, а все его действия моментально пересмотрели?
— В идеале — да, хоть я и понимал, что вряд ли получится. Однако, фигура Су Хона оказалась настолько устойчива, что до сих пор никто не выступил с каким-либо его осуждением. Или хотя бы с опровержением обвинений в адрес моей группы.
— Теневой бан продолжается?
— Ага. Я пытался пробиться на премию, на пару радиостанций, в эфир музыкальных каналов. Везде отказ.
— А чем мотивируют?
— А ничем. Мол, нет мест, начальство в отпуске, это решаем не мы и ещё миллион отмазок, которые не имеют никакого отношения к реальности.
— Ким Су Хон не хочет проигрывать, это понятно, — Юми посмотрела в глаза другу и подбадривающе улыбнулась. — Мы должны были предполагать, что просто так он не сдастся. А, если твою группу оправдают, то автоматически получится, что он виновен.
Пак кивнул. По всему его виду было ясно, что он сильно устал. Возможно, этой ночью он не сомкнул глаз. А может быть, и несколько ночей подряд.
Юми понимала, какое чисто психологическое давление на него оказывается. Дело в том, что для отца Йонга любые репутационные издержки недопустимы. И если сын не сможет доказать свою безгрешность, это сильно отразиться и на нём, и на отце. А у Йонга пока не получалось сокрушить огромную фигуру Ким Су Хона.
— Нам нужно как-то переработать стратегию, — сказал он, откинувшись на спинку кресла.
— Нет, — Юми покачала головой. — Нам надо просто разгонять скандал дальше. Чем больше людей узнает правду, тем лучше. И в какой-то момент общественный резонанс сыграет нам на руку.
— Поговоришь с отцом? — Пак поднял на Юми пронзительный взгляд.
А вот девушка не смогла его выдержать и опустила голову.
— К отцу мне пока обращаться нежелательно.
— В ссоре? — понимающе хмыкнул Йонг.
— Не то, чтобы… Но он хочет от меня одну вещь, которую придётся сделать, если я попрошу его об услуге.
— А ты этого делать не хочешь?
— Разумеется.
— Понимаю, это аргумент. Но тогда…
— Я придумаю, как усилить резонанс, не прибегая пока к помощи моего отца, — убеждённо сказала Юми. — В конце концов, у меня тоже есть кое-какие связи. И мы не будем пытаться стереть Ким Су Хона в порошок, мы просто будем показывать людям правду.
— Да, но мои девчонки очень рассчитывают на участие в премии. Этот шанс даётся не всем и не всегда. Я рассчитывал, что мы туда пробьёмся после «Мокрого вопроса».
— Вы туда пробьётесь, Йонг, — пообещала Юми. — В конце концов, наш учитель — Гису Хегай.
Обо не смогли сдержать усмешек.
— О, да, — согласился Пак. — Будет стыдно не победить с таким наставником.