И тут я увидел бледное лицо Шивона, которое покрывали ярко-красные пятна. Понятно, что он был в бешенстве, предполагая самое нехорошее.
— Учитель Шивон! — крикнул я, поднимая руку. — Наконец-то мы вас нашли. Вы где пропадали?
Но тот решил не отвечать, чтобы не тратить времени. Он махнул нам рукой и показал в сторону дальнего конца зала. Я проследил за кистью Шивона и увидел пропускной коридор практически свободный от посетителей.
Схватив Чана за рукав, я увлёк его за собой. Ещё через минуту мы стояли за рамкой, ожидая свои чемоданы с ленты.
Я даже успел себе представить себе глаза работников, которые могли увидеть в моём чемодане Минсу. Хорошо, что я вовремя от неё избавился. Правда, при мысли об этом на лице моём сразу же заиграла улыбка.
— Хорошей дороги, — пожелал нам работник вокзала и приветливо кивнул.
Я поклонился в ответ, и поймал себя на мысли, что я уже предвкушаю поездку.
В этот момент нас нагнал Шивон. Он, судя по всему, уже давно прошёл все проверки и теперь только нас и ждал.
— Давайте быстрее в вагон, — только и успел проговорить он. — У нас пять минут осталось. И чтобы без ваших глупых выходок!
— Ну, конечно! — В один голос ответили мы и улыбнулись.
Отец звал Юми на разговор уже давно. Не то, чтобы ему не нравилось, что она занялась собственным пиар-агентством. Тут у него претензий особо не было. Но он с завидной регулярностью высказывал своё неудовольствие тем, что дочь наотрез отказалась от какой-либо помощи.
Юми в деталях помнила их последний телефонный разговор.
— Дочь, как ты не понимаешь, мне стоит сделать лишь несколько звонков, и у тебя будут лучшие специалисты. Более того, к тебе с заказами придут такие корпорации, что ты до конца жизни будешь обеспечена только на их контрактах.
— Отец, это всё конечно, здорово, — Юми в последнее время постоянно была на нервах, но всё же в общении с Ду Бон Нам старалась сдерживаться. — Но люди, пришедшие ко мне, и так думают, что работают на тебя. Меня это, мягко говоря, не устраивает, потому что я хочу сама всего добиться. Поверь, если я отчаюсь, то обращусь к тебе.
— Вот как? — голос родителя даже не скрывал печали. — То есть к родному отцу можно обратиться только в случае отчаяния?
— А до этого момента я всего буду добиваться сама, — отрезала Юми.
— Ну как знаешь, — Ду Бон расстроился ещё сильнее. — Но всё же я жду тебя к себе. Посидим, поговорим, обсудим.
— Пока некогда. Работы столько, что ты даже не представляешь. Как будет окно, так обязательно заскочу.
И Юми держала слово. Наконец-то у неё появилось окно, так как на работе стало всё более-менее вырисовываться после первых дней безумия. Можно было вздохнуть и вечер уделить отцу.