— Разрешаю запланированный выход, — объявила капитан. По кораблю прошёл короткий сигнал предупреждения, многодневный полёт завершался, точнее, нам дали сутки передышки.

Свечение на экранах усилилось, впереди перед кораблём открылся сверкающий белый разрыв, и нас ощутимо тряхнуло.

— Системы корабля в норме, гипердвигатель перешёл в режим охлаждения, — объявила по внутренней связи Джасмин и, чуть помедлив, продолжила. — Скачок энергии во втором контуре реактора, стабильность потока плазмы восстановлена в автоматическом режиме. Рекомендуется остановка и полное обслуживание в доке.

— Какой корабль, такой и реактор, — лениво ответил ей голос постарше, главный инженер. — Магниты старые, магической части нет вовсе, посмотри лог мощности на тридцать пятом или тридцать шестом блоке. Типично для этой модели, не парься.

— Разговоры на общем канале! — строго сказала капитан, пока я краем глаза смотрел на обычную черноту космоса, в которой выделялась полная звёзд огромная лазурная туманность.

Но главное не это, а станция, к которой мы летели. Доклады продолжались, мы старались делать всё так, как нас учили.

— Зефф, вызови станцию, — наконец с явным неудовольствием сказала женщина, что нами командовала; сама виновата, что её сослали нас натаскивать. — Станция Ботейн вызывает исследовательский корвет «Новис-4». Запрашиваем разрешение на стыковку.

После несколько секунд тишины на голографическом дисплее появился мужчина в костюме на фоне герба Федерации.

— Станция Ботейн приветствует вас, капитан Эрментрауд. Стыковка разрешена, направляйтесь по выделенному коридору к доку Б-три.

Мне провести стыковку не разрешили, а жаль; на симуляциях я показывал весьма неплохие результаты. Мол, будете тренироваться там, где не во что врезаться, а пока сидите на второстепенных постах. Обидно, что первую практику послали проходить на этом устаревшем корвете.

Зато само место захватывало дух: сектор Плеяды, новейшая многопрофильная станция Ботейн и вид на одну из величайших загадок цивилизации. И если к лазурной туманности мы не полетим, а к слову, никто и не рвался, то посетить чудо инженерной мысли мечтали давно.

Мы постепенно приближались к звездообразной станции, которую не раз видели на картинках. Сданная в эксплуатацию всего два года назад, она имела мощнейшее вооружение от всевозможных ракетных шахт и плазменных пушек до сверхмощных лазеров, доки для обслуживания тяжёлых кораблей и огромный москитный флот, который станция сама могла производить в полном цикле.

Отчасти это пограничный пост, мимо которого имперцы не рискнуть пройти, оставив в тылах, и зубы об него гарантированного обломают, а заодно центр цивилизации в секторе, где нет ни одной хотя бы частично пригодной планеты, а терраформинг проводить нерационально.