— Так точно! Постараюсь! — я даже спину выпрямил. Правда, всё равно этого моего движения князь не заметил. А если и заметил, то внимания не обратил. Мы же с ним оба в креслах сидим. Я в пилотском, а он в штурманском.
— Ну, ну… Постарается он. Слабо верится. Ладно. Будем считать, что с этим мы разобрались. Теперь по существу. Мы вас покидаем и уходим в столицу. Вы остаётесь здесь и дожидаетесь моих указаний. Без них никуда!
Внимательно посмотрел на меня, словно ожидал каких-либо возражений. А я и не собираюсь возражать. Зачем, если всё верно. Нет у меня никакого желания князя в его официальных и не очень визитах сопровождать. Да и незачем, честно говоря. Толку от меня никакого. Поэтому слушаю и внимаю. Не дождавшись от меня возражений, князь продолжил:
— Здесь вы в любом случае не останетесь. Как только что-то прояснится, пришлю вам пакет со схемой. Из неё будет понятно, куда вам следует перелететь. Да, бензин, само собой, тоже вам доставят. Бочки хватит?
Кивнул в ответ.
— Тогда бочку и привезут. Штурмана вашего забирать не стану. Сами привезёте. Там на месте и доктор будет…
— Александр Михайлович, а может вам лучше казаков за каким-нибудь транспортом отправить? Что вам со Второвым ноги-то бить?
— Ничего, я сейчас с таким удовольствием по твёрдой земле пройдусь… — князь даже глаза от удовольствия зажмурил. — А вы ждите, ждите. Да, местных постарайтесь не обижать. И, Сергей Викторович, вы молодец! И подчинённые у вас орлы! Особенно вот тот пулемётчик, здоровый такой. Матершинник который. Вернёмся, всех наградим! Так людям и скажите — мол, благодарю за службу!
— Так точно, Ваше сиятельство, так и скажу…
Вспомнил разговор, осмотрелся, скомандовал:
— Внимание всем! Железки пока отложите в сторону и… В одну шеренгу! Становись! Фёдор Дмитриевич, а вы куда? Сидите, сидите, вы у нас раненый, вас команда на построение не касается.
А народу рукой направление шеренги показал, как учили.
Прошёл вдоль короткого строя, всматриваясь в лица, вернулся, остановился перед центром и просто поблагодарил всех за бой, за храбрость, за чёткие и грамотные действия в полёте, за сбитые самолёты. Отдельно за удачную бомбардировку. Кстати, только сейчас и узнал, что или кого мы бомбили. Штурман со своего места просветил, как самый знающий из нас в морском деле.
Похоже на то, что подвернулся нам сухогруз с рудой. И попали мы в него довольно-таки точно. По крайней мере штурман с Маяковским уверили, что лично успели увидеть взрывы на его палубе. А вот что с ним дальше произошло… Утонул или нет — возможности убедиться уже не было.