Под Новый год Мать подарила ему человека, ведь хорошие матери заботятся о своих кутятах. Подарок звался Петров.
Он был сонлив, дезориентирован и недоволен. Обнаружил, что товарищи сладко посапывают в чашах гибернации и возмутился:
- Какого чёрта меня разбудили?!
- Мяу!
Человек напрягся:
- Ты кто? - вопросил он у пространства.
- Корабельный кот.
- А где Сын?
- Мя-а!
По прогнозам, от звуков котика человек должен был расслабиться, отрешиться от проблем и впасть в благость, но этот экземпляр оказался неправильным - он ещё больше взъерошился, начал требовать кофе, поминать мать и взывать к Сыну.
Закинувшись кофе, Петров бросился к терминалам и надолго залип в монитор, от усердия собрав брови в пучок.
Потом он открыл белый лист, написал там «Отчёт об о...» и замер.
- Ну, нафиг! - сказал он, отыскал стопку бумаги с карандашом и засел с ними в кают-компании - там было как-то уютнее и спокойней, и в файл никто не лез. Кроме того, Мать зажгла новогоднюю ёлку; Петров принюхался, но так и не смог понять, мерещится ему еловый запах или нет. Сосредоточился на более насущном:
«Разбужен за девяносто циклов до плановой побудки, - накарябал он на листке, - причины неизвестны. У Сына глюки, считает себя котом. Пытался смотреть в логи, ничего не понял. Если Мать разбудила меня специально, то лучше бы она выбрала спеца по электронным мозгам, который в состоянии разобраться, где у Сына перемкнуло, и что делать.»
Перестав писать, он задумался. То немногое, что он помнил с общих подготовительных лекций по корабельным устройствам, никак не желало принимать приличную форму.
- Мяу?
Петров прикинулся глухим. Поскрёб карандашом в затылке, прогулялся взглядом по потолку и продолжил:
«Поскольку Сын является оболочкой, чьё единственное предназначение - коммуникация между корабельным ИИ и внешним пользователем, отсутствие общения с этим внешним пользователем могло если не вызвать, то поспособствовать обострению. Предлагаю в дальнейшем, когда весь экипаж уходит в гибернацию, принудительно отправлять Сына в спящий режим. Пока же надеюсь, что его не перемкнёт ещё больше и он не выкинет меня из корабля. Или чего похуже.»
- А что ты там пишешь?
- Оперу, - буркнул Петров.
- Ты же не музыкант!
- Тебе почём знать? - Петров не удержался от злорадства. - Это Сын всё знал, у него доступ к базам данных, а коту - не положено.
Месть была мелкая, но приятная. С удовольствием послушав пару секунд, как «кот» молчит в динамики, Петров вдруг осознал, что голоден.
По запросу меню терминал с готовностью выбросил изображение четырёх нарисованных мышей, по виду давно покойных. Пока Петров невозмутимо изучал композицию, к четырём мышам добавилась пятая.