Пол засветился под дроу.

— Я второй принц дома Крадатс, и моя мать послала меня убить тебя, — честно признался он, — правда прекрасно понимая, что эта задача не по силам никому, кроме такого же, как ты, архимага. А потому прошу убежища и защиты и готов взамен предоставить свой клинок и свою верность.

— Я шаман, — поправил его Михаэль. — Правда, немного необычный… техношаман, можно сказать. Впрочем, вы этого все равно не поймете. Верность дроу — это почти оксюморон. Но тем не менее твой ответ пока наиболее полон и правдив из всех, что прозвучали. Не ожидал. Нет, честно, не ожидал. Думаю, остальные решатся проявить куда меньше откровенности, а потому скажу сам. Вы. Все. Шпионы, воры, диверсанты, отбросы общества и убийцы. И именно потому некоторые из присутствующих мариновались моими чиновниками в гостевом секторе почти три месяца, пока не набралось достаточное количество засланцев, чтобы разобраться с ними разом.

Каэль сглотнул. В горле враз пересохло. А Михаэля начали убивать. Ну, во всяком случае, попытаться это проделать решилось большинство собравшихся в зале.

Два орка из трех разорвали себе горло собственными руками, и их кровь, слившись в единый бурлящий поток, устремилась к правителю Сумеречного леса по мановению руки Акрата. Человек, облаченный в плащ из шкуры снежного барса и короткие меховые штаны, выпалил в эльфа светящейся стрелой из громадного арбалета. Где он его прятал, неизвестно, — в свернутом пространстве, не иначе. Гном-ученый выхватил из кармана какой-то пузырек, молниеносно осушил его и свалился замертво. Примерно половина находящихся в помещении людей выхватили мечи, явно зачарованные, и бросились вперед, намереваясь разрубить мага на куски в ближнем бою. Мимо виска Каэля пронесся заряд холода, от которого его волосы покрылись инеем, но кто выпустил этот заряд, эльф не видел, занятый другим, куда более захватывающим зрелищем. Нападающие проваливались через открывшиеся в полу непроницаемые для взгляда иссиня-черные дыры куда-то вниз, увлекаемые толстыми черными щупальцами, явно принадлежащими кому-то из обитателей Бездны. Заклятия и оружие не помогали против этих чудовищных и безжалостных конечностей, которые, однако, хватали далеко не всех. Те, кто не предпринял никаких активных действий, остались целыми и невредимыми. Да и лежащее на полу тело гнома не тронули.

Отчаянный женский вопль резанул слух Каэля, и, обернувшись к источнику звука, он увидел, как его спутница исчезает в одной из дыр.

— Сариэль, — закричал молодой эльф и прыгнул за ней, наконец-то обнажив клинок, но приземлился на плиты пола, по которым уже нельзя было сказать, что секунду назад здесь был портал в нижние планы.