— Также морщится? — усмехнулся Цезий, но Гуд не обратил на него внимания.

— Как вообще можно влюбиться в жука? Это… это мерзко, — лицо этого человека скривилось от злости и отвращения, он не мог продохнуть от охвативших его эмоций. — Но, тем не менее, она захотела отправиться с тобой в путешествие, хотя я предлагал ей идти к нам… ко мне. Вот только её не интересовали ни деньги, ни я, ни что-нибудь ещё.

Большая часть союзников оказалась мертва. Минтакор успел забрать с собой ещё пять человек. Вражеские целители сейчас воскрешали погибших соратников. Хайд, Ягодка и Рон не могли поверить своим глазам.

— Поганый Минтакор! — прорычал воскресший рыцарь. — Что за удар он использовал? Легендарка в труху из-за него, теперь восстанавливать замучаюсь.

— Агр, не стоит переживать об этом сейчас, — сказал Цезий. — Лучше давай посмотрим на развернувшуюся тут драму.

— Ох-х-х, — глубоко вздохнул опечаленный рыцарь.

— Да восстановим мы твою защиту, только не порть вздохами такую любопытную картину.

— Гуд, но причём здесь наш клан? — недоумевающее спросил Хайд. — Своими действиями ты подставил всех нас.

— Это неважно, — отмахнулся от рыцаря лучник.

— Зачем ты подставил богиню и остальных? — задал вопрос Рон. — Я не думал, что ты настолько прогнил изнутри.

— Лишь так я мог причинить максимальную боль Сель Эру, — ответил Гуд.

— Это… это… мерзко, — слёзы текли по лицу Ягодки.

— Зато теперь я стал богаче аж на полмиллиона золотых, — усмехнулся Гуд, и мне захотелось его убить, вырвать все внутренности этой твари и отправить к тем, что живут в тёмном океане.

— Гр-р-ра!!! — я попытался вырваться из хватки Цезия, но его сила была слишком велика.

— Кстати, Сель Эр, почему я не вижу с тобой Алёну? — посмотрел по сторонам лучник. — Неужели она и тебя оставила в дураках? Да, ты изменился и стал выглядеть почти как человек, но в душе ты всё такой же монстр, как и все прочие твари, обитающие в этой пещере.

— Убью!!! — я почти преодолел путы врага, но мощный удар рукоятью клинка разбил панцирь на голове, и все лицо залила кровь. Было больно, но не особо: душа болела гораздо, гораздо сильнее. Как этот человек мог так поступить с моими друзьями? — И ты ещё называешь монстром меня. Если это так, то ты гораздо хуже. Лишь обычный двуногий потрошитель, полагающий, что является человеком.

Лучник хотел использовать на мне умение, способное отнять немало жизней. Впрочем, даже разница в уровнях не спасла бы меня, так как здоровья остались жалкие крохи.

— Постой, шервудский ворюга, — усмехнулся Цезий. — Это моя добыча, так что даже не думай ему навредить.