- Значит, вот с какой подругой ты теперь проводишь время?! - вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать о тоне. Слова звучат грубо и отдают дешёвой драмой. Но мне кажется, что я прав, а потому я не задумываюсь над формулировками.

Юля ощущает мои феромоны и вздрагивает. Подносит руку к лицу и закрывает нос, желая хоть немного снизить их влияние. Я ощущаю, страх её волчицы.

Егор, всё не так, выслушай, пожалуйста! - произносит Юля мучительно. Чувак, ты вообще соображаешь что творишь?! - Ромка делает шаг вперёд. - Ты чего завёлся на ровном месте? Его спокойствие ещё больше злит меня. Уверен, что если дам ему шанс, он снова придумает какую-нибудь отмазку, почему они оказались в этот вечер вместе. Я не хочу слушать объяснения. Моя волчья часть требует драки. Для неё правила просты: защита территории - приоритет. Но человеческая часть желает просто уйти, ведь и Ромка, и Юля - мои близкие. Я не хочу делать им больно. Даже если им плевать на мои чувства. Вокруг нас люди продолжают смеяться, кто-то фотографируется на фоне афиши фестиваля, и это обостряет всю нелепость ситуации: кажется, мир смеётся надо мной в самый неподходящий момент. Егор... - Юля подаётся ко мне навстречу, но я отступаю к машине. Я не хочу тебя больше видеть, - говорю я резко.

Вижу, как в её глазах появляются слёзы. В одну секунду я понимаю, что причинил ей боль сильнее, чем она причинила мне. С опозданием ко мне приходит осознание, что, даже если она что-то скрывала, это не даёт мне права обижать её. Я чувствую, как внутри меня начинается разлом: волчья суть требует наказания, человек - прощения. И в этой борьбе я срываюсь на гнев и делаю шаг в сторону спасения своей гордости. Я прыгаю в машину, разворачиваюсь и давлю на газ. Двигатель рычит, силуэт Юли стремительно тает в зеркалах. От осознания, что я оставил её в слезах посреди улицы, мне становится не по себе. Хочется повернуть назад, но я еду прочь. За окнами мелькают вывески.

Огни фонарей отражаются в лужах на дороге. Боль и разочарование будто чёрная желчь обволакивают всё внутри. Я был переполнен светлой надеждой, когда ехал сегодня к Юле. Не понимаю, как всё могло так обернуться. Как я мог не заметить раньше, что между этими двумя что-то происходит? Как давно это началось? И насколько всё серьёзно? - эти вопросы сводят меня с ума. Я злюсь на себя, на Юлю и на Ромку. Сжимаю руль до белых костяшек. Но страшнее всего то, что я понятия не имею, что мне делать дальше. Впервые в своей жизни я обрёл то, что действительно ценно для меня. И я не могу отказаться от этого.Глава 40