Суббота, седьмое число. Вечер. Я стою на тротуаре напротив отеля «Север», держу подмышкой бутылку игристого. Стекло витрины отражает мою фигуру — длинное черное пальто, красная помада, которую я наносила три раза, чтобы получилось идеально, и глупую, счастливую улыбку, которая никак не хочет стираться с лица. Сегодня наша годовщина свадьбы. Пятнадцать лет. Я репетировала этот момент в голове всю дорогу от дома. Я представляла, как войду в его офис, как он оторвется от бумаг, как его глаза сначала удивятся, а потом потеплеют. Как он встанет, обойдет стол и поцелует меня прямо при секретарше, потому что ему всё равно, кто видит.
Но его секретарша, молодая девочка с хвостиком, по ошибке продиктовала мне во время звонка не номер офиса на двенадцатом этаже бизнес-центра, а номер в отеле — 412. «Евгений Викторович сказал, что это секрет», — хихикнула она в трубку. Я рассмеялась. Я подумала, что это его шутка. Его романтический жест. Он всегда любил сюрпризы.
Я толкаю тяжелую стеклянную дверь отеля. В лицо бьет теплый, напоенный дорогими духами воздух. Холл утопает в мягком золотистом свете. Под ногами — мрамор, такой гладкий, что в нем отражаются люстры. Где-то тихо играет джаз. На стойке администратора — ваза с белыми пионами. Я улыбаюсь сама себе, иду к лифту, нажимаю кнопку «4». Зеркальные двери лифта показывают мне женщину с горящими глазами. Я выгляжу счастливой. Я чувствую себя счастливой.
Коридор четвертого этажа длинный и пустой. Ковер с узором в виде вензелей глушит мои шаги. Я иду к номеру 412, прижимая бутылку к груди. У меня слегка кружится голова — я весь день ничего не ела, готовилась, выбирала платье. Останавливаюсь у двери. Золотая цифра «412» поблескивает в тусклом свете бра. Делаю глубокий вдох. Я хочу, чтобы этот момент длился вечно. Я хочу запомнить эту секунду перед тем, как увижу его довольное лицо.
Поворачиваю ручку.
Дверь не заперта. Она поддается с тихим щелчком.
Я делаю шаг внутрь. И мир останавливается.
Номер большой, с панорамным окном на ночной город. На тумбочке — шампанское в ведерке со льдом, две тарелки с клубникой, коробка конфет. На полу — его пиджак.
А на кровати — они.
Евгений. Мой муж. Отец моих детей. Он лежит на белоснежных простынях, откинувшись на подушки. А рядом с ним, прижавшись головой к его груди, лежит молодая девушка. Ей на вид лет двадцать, может, двадцать два. У нее длинные темные волосы, рассыпанные по его плечу. Она одета в его белую рубашку.
Они не делают ничего такого, от чего мне пришлось бы отвернуться. Они просто лежат. Его рука лениво, нежно гладит ее по волосам. Она что-то шепчет ему на ухо, и он — мой Женя — улыбается. Той самой улыбкой. Той, которую предназначена только мне. Той, которой он улыбался мне, когда мы только поженились, когда я рожала ему детей, когда все было просто и хорошо.