А вечером девочки делились впечатлениями о проделанной работе с Валентиной Николаевной и Нурией, которая специально в гости к подругам приехала:
— Ну и зачем мы вообще на орбиту летали? — не очень довольным голосом высказалась Ира, — автоматика отработала на отлично, а мы там что, просто для мебели в катере сидели, чтобы кресла не пустовали?
— Нет, — усмехнулась Нурия, — катер-то маленький, так что даже ваши тушки очень способствовали правильной балансировке его во время полета. А сажать вместо вас андроидов слишком дорого, вы в качестве балласта дешевле обошлись.
— Нет, — очень серьезно ответила на вопрос девушки Валентина Николаевна, — вы сейчас просто освоили полет к танкеру… то есть к камневозке, а когда они уже с грузом возвращаться будут, вам самим же проще будет с ними стыковаться, ведь дело-то вроде как уже привычное. Танкеры тоже иногда приходилось ловить на дальних подступах к Марсу, и можешь поверить: для спасателей эта работа никогда простой не выглядела, даже если на танкере никаких критических проблем не возникало. А тут у вас вообще все новое: и схема стыковки, и автоматика…
— Автоматику Славка лучше всех знает, он ее и делал!
— Ну да, но он ее знает изнутри, а снаружи только сегодня впервые и увидел. А ведь ваши камневозки — на них и энергостанции новые, и двигатель очень серьезно доработанный, так что вообще неизвестно, что на нем сломаться может в самый неподходящий момент. И вот вы, если проблемы возникнут, должны корабль подхватить, и при этом крайне желательно, чтобы вы не тратили усилия для того, чтобы сообразить, как это половчее сделать. Корабль должен вам быть уже знакомым до слез, чтобы вы занимались решением действительных проблем, а не раздумывали над тем, где у него нужный вам стыковочный узел.
— Понятно… но мы же все это сколько раз на тренажере отработали, да и просто на орбите с ним потренировались…
— Но сегодня вы тренировались с кораблем, к которому уже баржи были пристыкованы. Вот скажи мне: стыковка с ним была такой же, как без барж?
— Спасибо, Валентина, это было очень своевременное замечание, а я была не права.
— Ты просто устала сильно. Кстати, ты новость про кракозябюру слышала?
— Про какую кракозябру?
— Да эту станцию научную как Лера обозвала в первом своем нормальном сообщении через новый центр связи, так ее теперь все и называют.
— А что с ней?
— С ней особо ничего, там одна штанга, оказывается, не до конца раскрылась. А «Рыбка» ведь недалеко еще ушла, на малой тяге, чтобы нужную ученым вселенную выхлопом не возмущать, шли, меньше чем на миллион километров уйти успели — и, по счастью, не успели по-настоящему стартовать. Так что теперь они возвращаются, чинить кракозябру будут — а домой они уже на месяц позднее вернутся.