— Никогда! Никогда не быть тебе королем! Увы, так и будешь ты позорить сей благородный доспех! — раскричался старикан.
— Да ладно, сразу уж и позорить, — равнодушно ответил я на порыв эмоций призрака, — я еще посмотрю на этот доспех повнимательнее. Может, он меня не достоин в нынешнем виде, и придется его серьезно подправить.
Призрак дернулся от возмущения, и занудно начал вещать:
— Доспех сей делали лучшие мастера гномов, и жалкий смертный не в силах повредить ему.
Эка он загнул-то! Ну погоди-ка, думаю, жалкий смертный сможет тебя удивить. Я наездов на меня не терплю в принципе, и готов сражаться за свою независимость до последней капли крови. Кстати, потому у меня и с карьерой не сложилось, и в той командировке, в которой погиб, я оказался из-за того, что своих любимчиков начальник отдела не хотел гонять в такую даль. Кончилось, конечно, мое упрямство плохо, но даже после смерти я не представлял себя способным построить жизнь иначе, отыгрывая роль преданного начальству жополиза.
— Дурак ты, а не призрак королевского советника! — мягко, но нагло осадил зарвавшуюся душу я, — был бы поумнее, знал бы, что артефактор может изменить любую вещь. Вот тут где-то у меня была интересная эмалька с голой бабой с потрясающими сиськами. Надо бы ее пришпандорить рядом с портретом твоего короля.
Я принялся шарить в наваленной в углу груде артефактов, делая вид, что что-то ищу. Призрак молчал, то ли слишком шокированный, то ли обалдевший от моего хода.
— Он как, кстати, большим ходоком по девкам был-то, король твой, а? Что, небось, девственницы во дворце не водились в принципе?
В ответ снова тишина.
— Ох, неужели он по другой части был, по мальчикам! Блин, и как мне теперь это панцирь-то таскать позорный, много всяких гадостей повидавший!
Это оказалось для призрака уже слишком, и его прорвало.
— Да как же так-то! — возопил Дхакун, но в голосе я уловил уже нужные мне интонации испуга и отчаяния, — не смей портить ни доспех, ни репутацию моего короля! Все двести лет, что был я при нем, он душа в душу жил со своей королевой, милейшей Кхелатси, обожавшей его, как луч света давшее ему жизнь солнце, неотделимой от него, как вода от реки!
— Ну вот, похоже, мы нашли основу для взаимопонимания, — удовлетворенно сказал я, ссориться с призраком я не хотел, не было желания проверять, как именно он может мне напакостить, мне нужно было лишь встроить его в командную цепочку на более низкой позиции, чем моя, — а теперь поговорим конструктивно. Ответь только на вопрос, все ли твой король сделал бы для своей любимой?