— А давайте все сделаем по-братски…
Услышав такое, мы с Глебом переглянулись. У пижона явно не было братьев. Ни один из наших, например, не стал бы с нами делиться по-братски . Это же верный шанс остаться без всего.
— Ну давай по-братски, — усмехнулся я.
Мужчина немного растерялся, удивленный, что мы так быстро перешли на «ты». А что ты хотел? Братья друг другу не выкают.
— Ну что, веди нас в дом, брат, — хмыкнув, Глеб хлопнул нашего нового брата по плечу.
Надо же, какое позитивное начало. А ведь когда солнечным утром мы подъехали к старинному особнячку на Литейном проспекте, где еще вчера жил один не в меру зарвавшийся колдун, мы даже и подумать не могли, что прием окажется настолько радушным. Однако на крыльце, аж потирая руки от нетерпения, уже топтался внучатый племянник Змееуста.
— Господа, — он с удовольствием обратился к нам, — так здорово, что вы приехали!
Он был удивительно мил и искренне радовался, что мы избавили его от родственничка.
— Вы можете думать, что я рассержен, но я не рассержен! Дядюшка вообще был тот еще урод. Так что мстить за него я не собираюсь…
Да я видел, что не собираешься. Внешность наследничка буквально говорила это за него: по-девичьи отполированные ногти, лоснящиеся на солнце щеки, по-модному прилизанные волосы и небольшое брюшко, выдающее любителя вкусно поесть и поразвлечься, но никак не сильного колдуна. Одним словом — пижон.
— Дядька вообще меня от семьи оттереть собирался! Говорил, что будет жить вечно. Вечно, ага, — усмехнулся наследничек, поглядывая на перстень Змееуста на моей руке, который я пока не спешил ему передавать. — Говорил, что еще меня переживет. Обряды какие-то мутные делал…
Ну тогда тем более готовься постараться, чтобы получить это богатство. По правилам Синьории, он должен выкупить гербовое кольцо у меня, и только потом сможет вступить в наследство. Если же мы не договоримся о цене, то Синьория может заморозить имущество до дальнейшего урегулирования вопроса — а вот это уже реально может быть вечно. Судя по обильному дружелюбию, будущий хозяин все это прекрасно понимал и сам.
— В общем, мне не нужны конфликты, мне не нужны проблемы, — деловито заявил он. — Мне не нужно вот это все. Мне нужен только гербовый перстень. Так что все утрем, все порешаем…
— Ну так дверь тогда открывай, — хмыкнул рядом Глеб.
— А вы кто, простите? — племянник Змееуста учтиво повернулся к нему.
— А я Дед Мороз, — еще шире ухмыльнулся друг, потряхивая пустым мешком в руке.
Правда, подарки не принес — он их отсюда унесет.
— Брат, — пояснил он. — И личный секретарь его, то есть мессира Константина…