Закатив глаза, моя спутница поморщилась, представляя реакцию любящей… деньги и власть родни. Она уже не ребёнок, чтобы к ней проявляли снисхождение.

— Конечно, госпожа Такэути. Никаких проблем, — заверил, что не вижу в этом проблемы.

Мы с ней спокойно прошлись по первому этажу гостиницы, держась поближе к стенам, стараясь не привлекать к себе внимания. Когда кто-то попадался на пути, директор заходила мне за спину и держалась довольно близко, делая вид, что мы хорошие друзья, чтобы не вызывать подозрений. Пытаясь избавиться от чувства неловкости и неестественности изображаемой нами картины, завязали разговор на нейтральную тему. Я был достаточно эрудирован, чтобы госпоже Такэути не пришлось под меня подстраиваться, разговаривая только о работе, чем её приятно удивил.

Несколько раз нам пришлось останавливаться и отворачиваться, избегая проходящих мимо компаний. Сейчас у всех есть телефоны, так что любая твоя оплошность легко могла стать достоянием общественности. В какой-то момент мне эта игра даже стала доставлять удовольствие. Судя по глазам спутницы, её эта ситуация тоже забавляла. Нечасто в нашей жизни возникали подобные моменты с импровизацией. Кроме того, держаться столь близко к малознакомой женщине/мужчине, делая вид, что это нормально, тоже вызывало своеобразные ощущения. При этом мы оба хорошо понимали, что это всего лишь игра на публику, не придавая ей особого значения.

Посматривая по сторонам, я вовремя заприметил подозрительного мужчину, который целенаправленно к нам направился, доставая из кармана телефон. Он явно узнал госпожу Такэути, чему сильно удивился. Взяв спутницу за плечо, развернул её и, подойдя вплотную, закрыл от посторонних взглядов. Наклонив голову, приблизил свои губы к её уху и тихо предупредил напрягшуюся, слегка растерявшуюся от неожиданности женщину.

— Извините. Похоже, нас обнаружил кто-то из ваших знакомых. Он достал телефон и идёт сюда. Что делаем? Сбегаем? Пытаемся ввести его в заблуждение? Объясняем, что произошло? Мне прогнать его? Или лучше незаметно вырубить, отобрать телефон, связать, спрятать в кладовке для швабр, — полушутя предложил, поддавшись обстановке.

Мне показалось неуместным придерживаться подчёркнутой официальности и почтительности с женщиной, которую я почти обнял, почти прижал к стене, придав этой позе видимость почти интимной близости. Ох уж это слово — почти. Ни туда ни сюда. Зато, «почти» не считается и за него не бьют по лицу. Судя по реакции, именно об этом она подумала в первую очередь.

Выслушав меня, подозрительно быстро успокоившись, она слегка наклонила голову вправо, отыскивая взглядом угрозу. В это же время, встав за дальним фикусом слева, пользуясь мощной камерой, журналист быстро сделал серию снимков, радуясь своей удаче. Молясь всем богам, чтобы мы на этом не остановились.