Жаль мне их? Нет. Могу я их спасти? Да. Оставался только один вопрос — а мне это надо?

— Мне всё равно, — пожал плечами Волков, — что они, что другие.

— Я за, — вскинула обе руки Маша.

— Против, — прошипела Лидия и вздёрнула нос.

Ребята решили поиграть в голосование. Кто я такой, чтобы им мешать? Волков прав, не они, так другие. С этими, хотя бы знаем, чего от них ждать.

— Один за, один против, и ещё один воздержался, — произнёс я, а Жорик с кабанчиками взглянули на меня с надеждой. — Тихон, решение за тобой.

Мария в комнате общежития.

В комнате пахло лавандой. Маша покружилась перед зеркалом, любуясь тем, как белый халат взлетает вокруг её ног. Медсестра. Звучит так… волнующе. Под халатом чёрное кружевное бельё — её любимый комплект.

Лёгкий румянец окрасил щёки. Она поправила распущенные волосы, рассыпав их по плечам золотистым водопадом. Голубые глаза сверкали от предвкушения. Собственное отражение казалось почти чужим — такой взрослой и соблазнительной выглядела девушка в зеркале.

— Кирилл Дмитриевич, — прошептала она, делая голос низким и бархатным, — вы сегодня так много работали…

Маша прикрыла глаза, представляя его усталое лицо, строгий костюм. Как он сидит за столом в своём кабинете, обложенный бумагами. Губы сами растянулись в улыбке.

— Да, день выдался тяжёлым, — ответила она за него, старательно копируя его манеру говорить. — Столько пациентов.

— Бедный, — она шагнула к зеркалу, покачивая бёдрами, — вы так устали. Позвольте мне помочь вам расслабиться.

В её воображении она подходит к нему сзади, кладёт руки на плечи. Пальцы скользят по напряжённым мышцам. Маша повторила движение в реальности, массируя воздух.

— Так лучше? — промурлыкала она. — Вам нравится?

— Да, — выдохнула за него, — продолжайте…

Её руки скользнули к вороту халата. Одно движение — и белая ткань соскользнула с плеч, открывая кружевной бюстгальтер. Маша повернулась боком, любуясь своим отражением.

— А как вы смотрите на то, чтобы расслабиться… — она хихикнула, — ещё больше?

Щёки пылали от смущения и возбуждения. В её фантазии Кирилл смотрит на неё с восхищением, тянется к ней.

Маша замерла, глядя на своё отражение. Сердце колотилось как бешеное — от собственной смелости, от запретных мыслей. Она прикусила губу, пытаясь успокоиться.

Что она делает? Приличные девушки так себя не ведут. Она же аристократка. Одна мысль о том, что она может… может отдаться мужчине до свадьбы, должна приводить её в ужас.

Но ведь это Кирилл. Тот, кто спас её, догнав похитителей через полгорода. Тот, кто всегда готов прийти на помощь. Благородный. Честный.