— Это хорошие воины, мне не справиться с ними. Я смогу справиться, и то не уверен, только один на один с кем-то из них. Если хочешь меня казнить, вождь, то назови это казнью. Но это не честный бой. Твоих людей я убил, когда они насиловали женщину. Это неправильно. Воин должен защищать женщин, а не брать силой. Если бы эта женщина была женой любого из этих воинов, — я показал рукой на своих пятерых противников, — они бы сделали тоже самое. Я убил высшего не в поединке. Я сделал ловушку, в которую он попался. Я не такой хороший фехтовальщик, как ты думаешь.

— Стойте! — крикнул двинувшимся на меня бойцам вождь. — Что за ловушка?

— Яма с кольями. Я знаю, высшие могут видеть сквозь стены, поэтому это была не яма, а подвал дома. Я просто сделал так, что пол мог провалиться. Металлические колья лежали в специальных креплениях и поднимались вертикально, если дёрнуть за цепь. Я полгода готовил эту ловушку. Потом я нашёл женщину, чью дочь изнасиловали и убили высшие и поселил её в этом доме. Она знала, что рискует жизнью. Я распустил слух, что живу с прекрасной девушкой. Я знал, что он дойдёт до высших. В итоге, однажды днём из пустоты неподалёку от моего дома вышел высший. Нам повезло, что всего лишь один. Я сделал вид что испугался, женщина побежала, куда мы и договаривались — в дальний угол комнаты. Высший не заметил ловушки, приняв её за обычный подвал. А потом я дёрнул за цепь, он упал на штыри. Штыри не пробили его броню, но тем не менее он получил травму. Я спрыгнул прямо на него, этого хватило, чтобы штырь, который упирался ему в спину, пробил броню. Мы с женщиной тут же накидали в подвал заранее подготовленных промасленных дров и подожгли дом. Сами убежали. Вспыхнул огонь. Высший не смог там выжить.

Я чуть сам не поверил в эту печальную и героическую историю мести. Вот нашло вдохновение. Оно, видимо, с наглостью подружилось. Сейчас меня можно было спрашивать обо всех подробностях и деталях. Я бы везде был точен и не противоречил бы себе нигде. Четверо бойцов напротив меня опустили оружие. По глазам видел, что у них боевой задор исчез. Кроме Бурда. Тот, такое ощущение, не очень меня слушал и не проникся.

— Хорошая история. Хорошая. Как тебя зовут, солдат?

— Джанг, вождь.

— Так вот, Джанг. Поступим справедливо. Казнить тебя не будем, но сразиться тебе придётся. Это будет бой до смерти. Один на один. Честный бой. Ты готов?

— Готов.

Я взял копьё в обе руки.

— Кто хочет сразиться с этим бойцом? Он убил пятерых ваших соратников, но убил высшего.

Бурд не думал и секунды:

— Я!!! — прорычал он. И удивлённо посмотрел по сторонам, не увидев такого же энтузиазма у товарищей по оружию.