На протяжении нескольких секунд я продолжал увеличивать напор. Моя ладонь всё сильнее давила на её. Но всё, чего я добился — лишь ещё большего напряжения. Что же касается Ян Гэ, она продолжала стоять там, где стояла. Мне так и не удалось её подвинуть.

— Хах, я же говорила, — усмехнулась девушка. — Сдавайся! Тебе меня не одолеть…

Хм. А если так?

Наши ладони, наконец, разъединились. Однако, это было не отступление, а совсем даже наоборот. Я шагнул вперёд и перенёс свою руку чуть ниже. На её грудь…

— Мягонькая…

— Ты что творишь! — дёрнулась от неожиданности Ян Гэ.

В это мгновение её хвалёная концентрация внезапно дала сбой, и я лёгким толчком отправил девушку на землю. Громко ойкнув, она приземлилась попой на примятую травку.

— Так нечестно! — посмотрела она на меня снизу вверх. В её янтарных глазах явственно читался укор. — Это против правил! Я требую реванша!

— Чего⁈ Каких еще правил? Знаешь, как говорят: в любви и на войне все средства хороши. Просто прими это поражение.

— Ни за что! — взвилась на ноги Ян Гэ. — Ещё раз!

— Но это будет в последний раз. Договорились?

— Да! И на этот раз я не проиграю, — сжала она кулачки.

— Ну-ну…

— Защищайся!

Раскрытая окутанная голубоватой ци ладошка влетела мне прямо в грудь. Похоже на этот раз она решила не церемониться, а сразу перейти в наступление. Что ж, мудрый шаг. Вот только со мной это не сработает…

— Почему ты ещё стоишь? — удивлённо вытаращилась на меня Ян Гэ.

— Шаори, — как ни в чём не бывало пожал я плечами.

— Су Чень, — её глаза опасно сузились. — А ну, прекрати! Просто скажи мне правду, как ты это сделал? Тебя должно было отбросить этим ударом. Поэтому перестань шутить, это не смешно.

— Не, я серьёзно, без балды, это было Шаори.

О том, что это было не обычное Шаори, а моё собственное, совмещённое с «цингуном» я уточнять не стал. Это бы вызвало ещё больше вопросов. Хотя куда уж больше? И зачем я только про него упомянул?

— Да откуда тебе, младшему ученику знать, что такое Шаори? — простонала Ян Гэ.

— Так получилось, — пожал я плечами. Снова.

Ну не объяснять же этой бедолаге, что в подвальной качалке и не такому научат. Я вон от нечего делать даже гриф от штанги наловчился крутить так, что любой шаолиньский монах со своим шестом позавидует. А уж про такие простые фокусы, как жонглирование тяжеленными гирями я и вовсе молчу — у нас в Люберцах таким талантом могли похвастаться не только лишь всё.

Ну да ладно. Чего это я всё о былом да о былом? Пора бы заканчивать этот цирк, а то так и на обед недолго опоздать. Я о-о-о-о-о-очень неторопливо поднял руку и положил её на плечо Ян Гэ.