Но Кириллу повезло и его соседями стали двое мужчин явно летевших в Крым не отдыхать. Они совсем негромко переговаривались о своих делах, а он включил себе концерт Стравинского в исполнении Берлинского Симфонического оркестра и на полтора часа просто выпал из мира, наслаждаясь музыкой, а вернулся в реальность только тогда, когда борт коснулся колёсами взлётно-посадочной полосы.

Спокойно дождался пока страждущие юга протолпятся мимо, и почти самым последним вышел в южную жару, не забыв поблагодарить стюардесс.

Цены на такси ему были вполне по карману, но поехал он на рейсовом электробусе, как минимум потому что никуда не торопился.

Дорога, прямая как стрела, пронзала невысокие Крымские горы, выходя на побережье, и двигалась ровной дугой, иногда повисая над скалами на ажурных мостах, или влетая в короткие тоннели. Виды южного берега так заворожили Кирилла что он сидел у окна любуясь пейзажами под весьма подходящую музыку британского композитора Уэбба Коннора.

Дом отдыха не занимался лечением и профилактикой болезней, как санаторий или профилакторий, а предоставлял жильё, питание и всяческие развлечения своим гостям, включая пляж, вечернее кафе, танцевальную площадку и три десятка вёсельных шлюпок.

Люкс, в котором поселили Кирилла выходил окнами на море, но в силу его молодости, находился на самом верхнем этаже корпуса, чего очень не любили пожилые постояльцы. Да. Лифт в корпусе имелся, но бывало, что стоял на ремонте довольно долго.

Кирилла это вообще не волновало и он, вполне положительно оценив три комнаты, роскошную ванну и огромный балкон покидал вещи на кровать и поспешил на пляж.

Тёплая солёная вода приняла его словно колыбель и энергия моря, потекла живительной струйкой в тело, насыщая духа воды от чего тот впал в настоящий экстаз передавая своё настроение Кириллу.

Из воды он вышел часа через полтора, накупавшись до одурения, и сразу пошёл на обед, а оттуда к себе в номер, собираясь вдумчиво переварить всё чем набил тело, предварительно повесив на ручку табличку «Не беспокоить».

На завтраке его вдруг отсадили за отдельный столик в углу и не успела официантка поставить тарелки, как за тот же столик уселась девушка знакомая ему по соревнованиям в Москве, в сопровождении пожилого китайца.

Одетая в тонкую почти прозрачную блузку и белое короткое платье, она смотрелась не менее эффектно чем на татами.

— Привет. — Девушка кивнула. — Меня зовут…

— Зубатова Людмила. — Кирилл усмехнулся. — Я помню.

— И я не забыла. — Девушка тряхнула головой. — И вон, Лю Чао, тоже забыть не может.