После моих последних слов, над строем пронесся изумленный вздох. Где-то с левого фланга раздалось прокуренным басом: «Не х……ово девки пляшут по четыре штуки в ряд!» Эту фразу в дивизионе знали хорошо — она принадлежала балагуру и весельчаку прапорщику Коробко.

Дав людям немного выговориться, продолжил: — Внимание товарищи! Времени мало, даже можно сказать — его нет! Итак, территориально мы находимся в той же точке, где вчера завершили марш. Но! Сейчас двадцать второе июня сорок первого года. Я думаю вам всем не надо объяснять, что это за дата для всех нас! Как все уже поняли, ехали на учения, а попали на войну. Сейчас немецкая армия взламывает нашу оборону на протяжении, всей границы! Так что, мужики, будем стоять в стороне?

Строй застыл на мгновение, а потом всех прорвало. Видно у каждого, даже через сорок лет, все еще оставался неоплаченный до конца счет к немцам. Я внушительно прокашлялся в кулак. Строй сразу замер и готов был внимательно слушать.

— По имеющимся данным, противник намеревается совершить массированный налет, не менее чем семьюдесятью бомбардировщиками на аэродром, расположенный в районе города Млынов. Там по немецким данным находятся значительные силы нашей авиации. Аэродромы базирования немецких бомбардировщиков, наносящих удар, находятся на территории Польши, в районе города Клеменшов и села Лабуние. Воздушный коридор проходит практически над нашим расположением. Поэтому слушай приказ!

От этих моих слов, все рефлекторно замолчали, подтянулись и замерли.

— Всем поголовно переодеться в маскировочные комбинезоны, хэбэ снять и спрятать, огневики переодеваются в черные комбезы, фуражки долой, у всех головной убор пилотка! Командирам зенитных батарей, капитану Судакову и капитану Ледогорову, через десять минут доложить решение на бой, остальным разойдись!

Строй рассыпался как горох и все свободные офицеры и прапорщики не заморачиваясь дисциплиной и субординацией бурно начали обсуждать последние новости, неспеша расходясь по своим подразделениям. С разных сторон доносились громкие фразы, и не всегда это была русская литературная речь. Только несколько офицеров из зенитных батарей сосредоточенно обсуждали как выполнить мой приказ. Придя к решению, оба капитана, отделившись от своей группы, подошли ко мне.

— Готовы?

— Так точно!

— Докладывайте!

Первым, неожиданно для меня, начал доклад Ледогоров:

— Поскольку, головки самонаведения на ракетах ПЗРК тепловые, то и наводятся они на тепло двигателя. Так как, разница температур выхлопа реактивного и поршневого двигателя огромная, то считаю применение ПЗРК против немецких бомбардировщиков будет неэффективным! Основной ударной силой в предстоящем бою должна быть батарея «Шилок». — Закончил доклад капитан Ледогоров.